— Заодно у нас будет благопристойный повод нарастить флот и натаскать людей, — медленно сказал ол Баррейя.
— А если Занга всё же возмутится открыто? — спросил Мастер. Ол Лезон довольно улыбнулся.
— Дазарану того и надо. Они ищут повода для войны. Если Занга возмутится открыто, Дазаран атакует Зангу. А Кадар не станет стоять в стороне, видя, что идёт грызня за Форбос. Нок Шоктен уже привык считать Форбос своим…
Они помолчали. Потом Джатохе заметил:
— Дазарану не выиграть этой войны. И как бы глуп ни был веше, в Зегере есть не только самоуверенные идиоты.
— В Зегере есть умные люди, — согласился ол Лезон. — Но ни один из них не входит в правительство. А веше верит в свою морскую мощь.
Джатохе брюзгливо поджал губы.
— Тедовередж не верит, — сказал он. — Послом же по-прежнему он?
Ол Лезон улыбнулся почти мечтательно. Тедовередж был его личной проблемой на протяжении многих лет. Вплоть до последнего года.
— Старый посол зимою умер, — сказал ол Лезон. — В Эрлони приедет его наследник.
Джатохе остро глянул.
— Тот, который Кирой? Он же ребёнок. Десять лет? Или двенадцать?
— Восемнадцать. По описаниям моих людей он действительно ребёнок.
— Это хорошо, — согласился Мастер. — Значит, дальше работаем в этом направлении. Гвер, постарайся получить от веше предварительное согласие, ещё до приезда посла. И быстро, — добавил он, помолчав. — Если не успеем…
"…Империя обречена", — собирался закончить Мастер, но не стал. Ни к чему дразнить голодных демонов.
Когда ол Лезон и ол Баррейя уже собрались уходить, Джатохе окликнул лорда тэрко.
— Нохо!
Ол Баррейя обернулся.
— Останься.
Тэрко остался, вернулся в своё кресло и стал ждать. Джатохе молчал, хмуря кустистые брови и неприязненно смотря из-под них в окно. В комнату сунулся какой-то молодой и недогадливый слуга, но быстро исчез обратно. Откуда-то из угла тянуло холодным сквозняком, несмотря на плотно закрытые окно и дверь.
— Какие гарантии, что нам не станут мешать? — спросил Мастер, прерывая молчание. Кто может мешать и в чём, он не уточнял, но ол Баррейя прекрасно понял и без уточнений. Ответил он не сразу, но уверенно.
— Не станут. Нка-Лантонца уберут на днях. Они ждали, пока вы добьётесь согласия банкиров и пока новые офицеры закрепятся на местах. Нка-Лантонц им больше не нужен. А сами они нам мешать не станут. По крайней мере, не в этот раз.
Джатохе молчал, безмятежно перебирая чётки. Ол Баррейя ждал, глядя, как бусины одна за другой бесшумно текут из руки в руку.
— Почему ты им веришь, Нохо? — спросил Джатохе. Он знал, почему сам согласился. Тому было несколько причин. У Святейшего Мастера не было особого выбора — раз. Если ол Тэно решала опереться на армию через ол Баррейю и на финансы через Церковь, она оказывалась в зависимости от них обоих — два. Ол Баррейя, параноик не хуже Святейшего Мастера, каким-то чудом поверил ол Тэно. Безродной ведьме, как оказывается, которую иначе как "паршивкой" не называл, люди которой едва не убили его сына. Нохо убил бы её, с удовольствием. Но вместо этого согласился поддерживать. Это была третья причина. В шантаж Мастер не верил, он слишком хорошо знал ол Баррейю. Значит, у тэрко были причины поверить в искренность "паршивки". Что это могли быть за причины?
— Она умна, — сказал тэрко. — Нка-Лантонц или кто-то вроде него вытянул бы из Империи последнее, дождался бы гражданской войны — и пошёл бы ко дну. Не думаю, что её заботят нужды Империи, но она очень не хочет тонуть.
— Думаешь, она понимает, в каком сейчас положении Империя? — скептически сказал Джатохе.
— Она не может понимать всё. Но очень многое видит точно.
Ол Баррейя помолчал и добавил:
— Она будет вытягивать Империю, потому что это выгодно ей самой. И будет делать это тщательно и последовательно. Она уже несколько лет назад наняла учителей для себя и своей шпаны. Она знала, куда идёт и что ей понадобится, чтобы сойти за дворянку. У неё недостаточно умения, чтобы править Империей, но это ненадолго. И я уверен: убийством нка-Лантонцем дело не ограничится. Когда она утвердила своё положение среди подводников, то начала чистку по всем уровням. Сначала убирала тех, кто не годился в союзники, — чтобы они не мешались под ногами. Потом — союзников, на которых нельзя положиться и которые могут помешать навести её собственный порядок. До того времени нам по пути. Если однажды она поймёт, что может обойтись уже без нас, нужно будет её убрать, иначе она уберёт нас раньше.