— Эй, — Никита, сидящий рядом, толкнул Женю локтем.
— Что?
— Ты сменил ориентацию?
— Что?
— Весь урок пялишься на Санька.
— Отвали.
Никита пожимает плечами, вырисовывая в тетради какие— то непонятные каракули. Женя переводит взгляд на сестру: Еся совсем не слушает учителя истории, устремив взгляд за окно.
***
Звонок с последнего урока.
Шум и гам, вдруг пустые классы и коридоры.
Серое небо, хмурый Рома, стоящий за школой – там, где обычно курят старшеклассники. Он сам стоит за входом в подвал, так, чтобы никто его не увидел, если кто-то придет подымить.
- Зачем звал, - вдруг раздается голос. Рома выглядывает из-за пристройки и видит Веснина. Он не один, рядом с ним высокий и худощавый блондин – Демидов Саша. Они стоят друг от друга в двух шагах и явно встретились ни для того, чтобы посекретничать как друзья.
- Относись к моей сестре с уважением, - голос Жени тихий, но слова он выдавливает с такой злостью, что Рома тут же понимает – что-то случилось.
— Уважение? – притворно удивленно спрашивает Демидов. – Она что, его заслужила?
— С какой стати она его не заслужила?!
— Она дочь женщины, которая рушит семьи. Наверняка твоя сестричка такая же... потаскушка, как тв... — Женя тут же хватается за белый ворот его рубашки, дернув на себя.
— Что ты сказал?
— ...как твоя мать, — заканчивает Демидов, ни проходит ни секунды после этой реплики, Веснин бьет того в лицо. Сильно. Саша хватается за нос, брызжет кровь.
- Еще раз услышу, бошку сверну, - бросает Веснин и скрывается за углом. Роме нравится картина – Демидов с разбитым носом, так бы и смотрел, но тот тоже уходит и Рома снова остается один.
Едкий дым заполняет каждую единицу объема юношеских легких – он делает последнюю затяжку, и тушит сигарету о холодный бетон, выдыхает дым, расслабленно прикрыв глаза.
— Интересно...
2
Когда последний урок в обычной средней школе заканчивается, школьники, торопясь, бегут либо к репетиторам, либо домой под одеяла, либо куда-нибудь, где можно расслабиться после долгих часов учебы. Есю, Лилю и Ксюшу устраивает последний вариант, поэтому они собираются зайти в кафе недалеко от школы и съесть по пирожному и обсудить все, что можно.
- А где Женек? Я думала, мы вместе пойдем домой, - Ксюша вглядывается в толпу учеников, выискивая старшего брата своей подруги. Кукольные глазки бегают от одного лица к другому, в надежде увидеть то самое.
- Не знаю, у него внезапно появились какие- то дела, - Еся безучастно пожимает плечами.
- Понятно, - она мило дует нижнюю губу, но ни одна из подруг не обращает на это должного внимания. Они втроем доходят до кафе, усевшись за самый дальний столик.
- Вовремя мы зашли... - недовольно шепчет Лиля, кидая взгляд на шумную кампанию за соседним столиком. Еся оборачивается, чтобы увидеть Рому Жданова, ее одноклассника, который перевелся не так давно.
- Уж лучше он, чем сами знаете кто.
Но был у Жданова один минус: иногда он смотрел на нее так, словно у них старые счеты. Хотя Еся до этого ни разу с ним не говорила. И глаза у него как бездна - настолько радужка его глаз темная. Пришел он, кстати, один. Как всегда. За это его и недолюбливали: сын директора, постоянно один, со школьными парнями не ладит аж до драк и плохо учился, но постоянно вывозил без троек в журнале.
Она неловко улыбается ему, чтобы не показаться невоспитанной, и вскакивает со своего места, чтобы забрать свой капучино. Девушка-бариста ставит кружку на стойку раздачи, Еся тут же подхватывает его, бросает короткое "спасибо" и через чур уж резко разворачивается, наткнувшись на кого-то. Капучино с миндальным сиропом тут же оказывается на ее кофте, на руках, джинсах, ботинках, но самое главное - на белой, как нетронутый снег, толстовке Жданова.
Он ошалело отскакивает, пока Еся испуганно тащится на коричневое пятно, впитавшееся отвратительной кляксой.
-Я... прости. Я заплачу, ладно?
- Заплатит она, - бубнит парень, даже не подняв на нее взгляда, - обойдусь, - а потом разворачивается и уходит в сторону уборной.
Еся возвращает кружку бариста, прошептав "извините, можно мне еще один" и возвращается к подругам. Она роняет голову на стол, устало вздохнув.