Вот сколь в тесном круге хотели было неведущие люди заключить наши познания и просвещение!
Я знаю, что многие из них усмотрели вредные следствия начальных своих положений, И прилепилися к оным не столько по убеждению и склонности, сколько по неосторожности; но тем не менее достойны они хулы за то, что подверглись таким безрассудным мнениям. Человек ежеминутно склонен к заблуждению, а особливо, когда один осмеливается устремлять взор на такие вещи, Которые познавать препятствует мрачность его темницы. Но при всем его недостаточестве есть Заблуждения, которых не избегать ему неизвинительно. Из числа таковых и сии, о которых теперь речь идет; и когда бы творцы сих систем, принявши в помощь утвержденные нами положения, Присоединили к тому искренность, то не возможно бы было им найти в них никакого правдоподобия.
Мог бы я основать мои доказательства на вышепоказанной мною разности Существ чувствующих и Существ разумных, и на доводах, которыми я открыл, что самые изящные способности Существа телесного не могут вознестися выше чувственности, как то и показал и в Животных, занимающих первый ряд между тремя Царствами Натуры; потом, сличив движения и течение Животных со способностями другого рода, которые столь ясно видим в человеке, Не могли бы мы усомниться, разумное ли Существо человек; равным образом не могли бы отрицать, чтоб не было и других Существ, одаренных сею же способностию разумения; понеже мы видели, что человек в нынешнем состоянии ничего собственного не имеет, а должен ожидать всего отвне, даже до малейшей своей мысли.
Сверх сего вспомня, что в сообщаемых человеку отвне мыслях находятся такие, которых не может он не признать противными своему естеству, и еще такие, которые сходны с оным, и что обоих сих родов мыслей не может здравый рассудок приписывать одному и тому же Началу, мы бы уже довольно сим доказали бытие двух Начал, которые находятся вне человека, и, следовательно, вне Вещества; понеже оно много ниже человека.
Права существ разумных
Все сие сообразя, говорю я, не могли бы мы отнять разумения у сих двух Начал; понеже во время нашего наказания, которое мы ныне терпим, чрез них только и ощущаем наше разумение. Но ежели сии Начала разумны, то надлежит им быть сведущим и иметь понятие о всем, что ниже их; ибо без сего не пользовались бы они ни малейшею способностию разумения; если же они сведущи и имеют понятие о всех вещах, которые ниже их, то не возможно, чтобы каждое из обоих, яко Существо действующее, не занималось оными, и не старалось или разрушить их, ежели оно злое Начало, или соблюсти, когда оно доброе Существо.
Чрез что могли бы мы легко доказать, что Вещество стоит не о себе едином, но надлежит в нем же самом искать доводов, чтобы опровергнуть мнение, которым приписывается ему действительность, существенно принадлежащая Натуре его.
Мы утвердили уже, что Начала Вещества, как всеобщие, так и частные, заключают в себе жизнь и долженствующие от оной произойти способности телесные. К сему присовокупили мы и то, что, не смотря на нерушимое и природное сие их свойство, сии Начала не могли бы никогда ничего произвести, Если бы не были подвизаемы и согреваемы от противудействия огненных внешних Начал, долженствующих приводить в движение способности их по силе его двйственного Закона, Которому покорено всякое телесное Существо, и который властвует над всеми действиями и рождениями Вещества.
О начале движения
Сие уже без сомнения есть знак слабости ли подвластия в Начале телесного Существа, что имея в себе жизнь, Не может ее само собою произвести в действие. Однако и то несомненно, что сие Начало жизни, врожденное в зародыше всякого телесного Существа, Превоходит внешние огненные Начала, которые устремляют на него токмо простое вспомогательное протиоводействие, и не могут сообщить ничего существенного бытию его. Когда же сии огненные Начала гораздо ниже Начала жизни, подверженного противудействию их, то тем менее могут они самих себя привести в действие.