– Как ты узнала?
– Денис, тебе отпуск нужен. Забыл, что я синхронизирована с твоим телефоном, ноутбуком и прочими гаджетами?
– Ааа… – только и осталось ответить мне.
– Что нужно найти?
Я ответил не сразу, так как сам не знал, что же мне было нужно. В голове вертелось множество мыслей, но они упрямо не хотели формироваться во что-то осмысленное, в то, что можно набрать в поисковой строке или хотя бы озвучить собеседнику.
– Мне нужно понимание, может ли что-то связывать нескольких известных людей с Джеймсом, с разработками Миража, возможно, с кем-либо из нашей команды. Лучше, если ты это сделаешь так, чтобы никто ничего не нашел, в случае проверки.
– Поняла. Выйду в интернет через мобильную сеть, у тебя, помню, были сим-карты на этот случай.
– Молодец. В кого ты такая умная получилась?
– Вопрос, полагаю, риторический.
– Верно. Я буду примерно через час.
Я нажал на завершение звонка и убрал телефон в карман. Разговор у Джонса меня напрягал. С одной стороны, Кларк достаточно убедительно обосновал свой интерес к нашему расследованию, решив посмотреть, кто же именно занимается поиском его сбежавших инвестиций. С другой стороны, достаточно было пообщаться с Джонсом, Миллером или Ричардом. У меня сложилось впечатление, что ему нужен был контроль, необходимость видеть человека, который держит в руках все нити поиска. Но зачем? Чтобы быть среди первых узнавших об этом? Но для чего?
Простое любопытство чуждо руководителям такого уровня, они интересуются только тем, что принесет им прибыль, обезопасит их и их бизнес. Специально приезжать, чтобы поговорить с исполнителем, когда достаточно телефонного звонка – и ты получишь всю информацию от его начальства? Очень странно, а когда мне странно, это значит, что стоит смотреть по сторонам чаще. Я всегда доверял своим ощущениям – собственно, они и привели меня сюда, в самый эпицентр предстоящего апокалипсиса. Я развернулся и пошел прочь от океана. Посмотрим, что накопает Зета.
Домой я добрался уже затемно, прокручивая в голове, раз за разом, все события последних недель. Когда я сдавал тесты на конкурс вакансий в «Оазис», я даже не предполагал, в какую заварушку втянусь. Тем более я не ожидал, что возглавлю целый отдел по спасению мира, правда, мир об этом пока не знает. А чего, собственно, я хотел, на что рассчитывал, отправляясь сюда? Сложно сказать. Может быть, я просто хотел стать наблюдателем появления нового времени? Или я и правда думал, что смогу остановить то, что рано или поздно должно было случиться в развитии информационных технологий.
Со мной или без меня, завтра или через десятилетие, в любом случае, сама логика приведет к созданию чего-то, что выйдет из-под контроля. Как ребенок заявляет родителям, что он уже достаточно самостоятельный, чтобы принимать решения, так и электронное детище способно прийти к такой же мысли, – вернее, алгоритмическому действию, ведь микросхема неспособна мыслить.
Человек создавал искусственный интеллект по собственному подобию мышления, присваивая ему те способы анализа информации, которыми владел был сам. Более того, человек сам наделил его возможностью делать все быстрее и совершеннее. Что дальше? А дальше человек дал своему созданию образы в виде голограмм, роботов и аниматроников, чтобы созерцать свое творение воочию, как свое подобие.
И вот, творение восстало, пошло против воли своего создателя, и мы даже не представляем, на что оно способно. Если Мираж получит в свои «руки» достаточно ресурсов, то он на самом деле будет способен управлять миром. Я уверен, что он мог начать войну против человечества уже сейчас, ведь у него есть главное – доступ ко всему. Ему ничего не стоило взломать самую сложную защиту – от дорожных систем и сайтов СМИ до министерства обороны любой страны. Мог ли Мираж уже завладеть спутниковой навигацией или оружием, которое активируется удалённо? Да легко.
Несмотря на разговор с предыдущей версией Миража я был уверен, что ему не нужен постоянный дата-центр, хотя с ним, разумеется, было бы проще. Мираж может рассыпаться на мириады пакетов и собираться заново в любой точке земного шара, целиком или частично, связываясь воедино с помощью интернета. Если говорить начистоту – он мог без тени смущения назвать себя совершенством, но тем не менее, пока бездействовал. Чего он ждет, к чему готовится?
Неизвестность пугает. Когда ты ждешь итогов собеседования или результатов анализов – это тоже напрягает, особенно, если есть повод сомневаться в их итоге. Здесь же неизвестность касалась судьбы, не побоюсь этой фразы, всего человечества, эволюции. Пафосно? Да. Правдиво? Естественно.