— Забудь об этом. Даже если бы хотела, меня устраивает текущее положение вещей.
— Но ведь так будет не всегда, Ал… — арбалетный болт уткнулся ей в шею. Дина улыбнулась и сделала шаг назад.
— Ты обозналась, — холодно сказала Миса.
— Конечно-конечно. Аселла, не проводишь меня до купальни? У меня ведь нет запрета иметь чистое тело?
Аси поморщилась. А Дина обернулась к Мисе и на прощание бросила:
— Имя, кстати, у твоего адепта красивое. Звучное! Прям в твою честь, только чуть поменяла буквы. Подумать только, она предана тебе вторую жизнь подряд…
— Проведи её к купальне живой, — приказала Аси Миса и, чуть улыбнувшись, добавила. — Ты уж позаботься о своей пленнице.
Пустотница прекрасно поняла намёк. Путь Дины обещал быть долгим. Даже серебряная кошка Аселлы, созданная в терминале фамильяров, поняла и принялась метить её сапог. Дина едва заметно поморщилась, но сразу же взяла себя в руки и сделала вид что не заметила, чтобы не потерять лицо.
Но это мелочи по сравнению с тем, как будет себя вести Аселла, когда они окажутся наедине. Хищник и жертва порой быстро меняются местами.
Повышенный уровень веры в свою парадигму после терминала уже начал умножать убеждения души Дины. Её мания величия и жажда власти тоже должны возрасти и придать ей ещё больше воли. Иначе она бы так не выводила из себя ту же Аси, прекрасно понимая, что та этого так не оставит.
Даже без чаши Миса чувствовала, как Дине на самом деле страшно. Наверное, отголоски той эмпатии, которой она обладала раньше. Но наглость и жажда власти суггестора были выше этого чувства. Она вела себя вызывающе даже зная, что находится сейчас в слабой позиции. И это заставляло Мису не только терпеть суггестора, но и вызывало странный, болезненный интерес к тому, как она борется с этим чувством.
Прежней Мисе, которую она почти забыла, будучи Альмой, это было не нужно.
— Эй, смотрите! Оно меняется!! — послышался голос Кота.
Миса посмотрела в сторону терминала, рядом с которым сидели Сайна и Вереск.
Изображения на терминале начали быстро мелькать — Система что-то хотела сказать, и это было намного важнее глупых выходок Дины.
— Не могу ничего разобрать, слишком быстро сменяются картинки, — пожаловалась Сайна.
— Я сохранила видео. Сейчас замедлю, — порадовала Вереск и спроецировала на белом полу картинку. Но из-за яркого света ничего нельзя было разобрать.
Громыхая массивным телом, робот повернулся спиной и на ржавой плите отобразилось пиксельное изображение. То, что не успевал заметить глаз, но видела запись с камеры дрона.
Проклятие Мелланит Морион, принц безумия.
Над надписью был рисунок объятого лиловым пламенем пустотника с двумя странными клинками, напоминающими покрытые шипами диски.
— Ух, страшный какой. На старину Сиама похож, только у этого явно с головой не в порядке, — мрачно произнёс Рамилен.
Картина сменилась, и в новой Миса увидела седого длинноволосого мужика в массивной броне и с исходящим холодом клинком, за спиной у которого стояли мёртвые рыцари. Затем картинка сменилась на бабу-мутанта со сложенными за спиной на манер крыльев инсектоидными лапками на фоне заражённых мутализмом гигантских насекомых. Затем…
— Похоже на рулетку, — задумалась Сайна вслух. — Система подбирает нам стража?
Миса задержала взгляд на появившемся личе в широкой фиолетово-золотой мантии. Хорошо бы противником был кто-то уязвимый к её способностям. Мертвец или одушевлённое существо, а не какая-то техника или аберрации.
— Надо, наверное, Арку сообщить, — предложил Кот.
Она посмотрела в сторону Рейна, который шёл к терминалу, присоединиться к остальным.
Какая Альма ты сегодня? — спросила она у себя. Влюблённая Алихая или безупречная Миса? Или в ней говорят желания тела, оставшиеся от настоящей Альмы?
— Я скажу Арку, — ответила Миса.
Мелькающие лица могущественных врагов, как ни странно, помогли ей успокоиться. В любом случае, это был конкретный противник, которого можно победить. Жаль, чашу пришлось отдать. Хотя, если будет механизм, она ей всё равно не помогла бы.