Перегруппировавшись, мы медленно отступили к выходу из локации. Пока враг был занят моим кадавром, это нам удавалось достаточно просто. Затем подоспели рыцари. Они мчались мимо твари, косами отсекая её части, после чего вне зоны поражения разворачивались для следующей атаки.
Сшитая из големов тварь была ещё более неповоротлива, чем те, из кого она была создана. Вопрос времени, когда монстр падёт.
Некоторые стяжатели ждать не собирались и бросились на нас. Но по одиночке и без крика с големами они были примерно как хорошие истервисы, с которыми мы уже имели дело. Главное не подпускать в ближний бой.
Троих рыцарей, одного за другим, удалось просто расстрелять рельсами и лазером.
Рейд достиг выхода. Проходчики переходили на мост, ведущий обратно к локации ордена Тиши. Лишь бы только не оказалось, что там нас уже ждут мракобестии.
Я настроился на врата в старую локацию и активировал убежище.
Первый стяжатель наклонился, чтобы вместе со своим мёртвым скакуном пройти через арку на мост. Это была с его стороны огромная глупость и большой подарок нам — оказавшись в одиночестве на открытом пространстве он был почти сразу расстрелян.
Здесь расклад сил менялся. Местность работала уже в нашу пользу.
— Занимаем позиции у двери и готовимся к обороне, — отдал я приказ Амории, чтобы та передала через другие свои тела приказ до остальных.
Рейд ускорился. Через арку из локации ипподрома начали один за другим выезжать стяжатели. Больше никто из них не тупил на выходе как первый, но всё равно они оставались хорошо видимой лёгкой мишенью.
Едва мы перебрались через мост над миазмом, как сразу заняли оборонительную позицию и начали отстрел нежити издали. Пули, лазерные лучи и магия смешались, поливая скачущих в нашу сторону рыцарей. Однако ширина моста не позволяла лететь к нам всей толпой, и отстрел продолжался. Один за другим стяжатели падали на мост, или валились вниз, скрываясь в сизом тумане.
Смена места боя оказалась для противника фатальной. Вот только даже глупость нежити безграничной не была, и когда девятый всадник свалился с моста под транслируемые с дронов Сайной мантры, десятый развернулся и поскакал назад, на родной ипподром.
— Чудом отбились, — выдохнула Сайна. — Как же так? Где было прикрытие с тыла?
— Засада, — сообщила Альма. — Я почувствовала гибель наших и пришла по чутью. Там есть скрытый лаз у входа. Хорошо, что этот арбалет почти универсален.
Вообще никто его ей не отдавал, она сама его взяла с тела Кардинала. Но она пол Стены прошла с клановой легендаркой дома Тиссэ. Потом его стала бафать чаша, но без неё оружие уже проседало в уроне против здешних тварей. Так что давно пора поменять на что-то получше.
— Вытащили всех?
— Да, правда часть в стазисе, — ответила Альма. — И все, кто пострадал от пустоты в себя не скоро придут.
Я кивнул. Стазис в исполнении Альмы был похож на «обречённого выжить», но не вызывал побочки с необходимостью ощущать на себе все болезненные процессы с телом. А насчёт пустоты — это было очевидно. Тем она и опасна. Фактически каждый, кто попал под её воздействие становился заражённым. Но пока воздействие не достигло критических значений, покой и поддержка помогали избежать неприятных последствий.
Хотя крики от кошмаров по убежищу следующей ночью нам обеспечены…
— Нужен другой способ с ними бороться, — задумчиво сказала Сайна.
— С миазмом под нами тоже нужно подумать, — сказал я ей в тон. — Может, это проще, чем опять лезть к тем рыцарям. Хотя… как вариант, можно попробовать выманивать их сюда. Тут стяжатели сливают в чистую.
— Я могу попробовать, — предложила Белая, главный любитель суицидальных квестов.
— Не спеши. У нас ещё есть время. Сделаем привал здесь. Если мракобестии до сих пор не спустились, значит уже не будут.
— Они, кстати, тоже по мосту не пройдут, — заметил Кот.
Я кивнул. Слишком жирные каменюки, их даже толкать не нужно, сами попадают.
Затем я призвал открыл дверь убежища и застыл, глядя на перепуганное лицо Сильвана по ту сторону.
— Что случилось? Дина⁈ — сразу подумал я о худшем.
— Нет, — покачал головой бывший парадокс. — Только что у нас в убежище появился неизвестный терминал!
18. Терминал, который меняет себя