Винн лежала на земле, а что-то темное обвилось вокруг ее горла.
Он кинулся к ней, а она схватила темный ус одной рукой и пыталась полоснуть по нему своим кинжалом. Другой ус обмотался вокруг ее левой лодыжки и колена, тянясь к бедру.
Измазанные землей корни каким-то образом двигались самостоятельно.
Чейн рубанул по основанию второго корня, а Винн разорвала его часть и отвела от шеи. Она нащупала свой посох, когда он наклонился к ней, оглядываясь через плечо.
Красная Руда отступал к ним на прогалину, взмахами железного посоха по широкой дуге отгоняя стаю. Тень металась вокруг, готовая встретить любую угрозу. Но всё больше членов стаи выходили из леса, когда Врейвилия ступила на прогалину. Жрица держала в руке длинный изогнутый белый кинжал.
— К дереву, сейчас же! — крикнула Винн.
Чейн рывком поставил её на ноги. Шевеление на коже стало хуже, как только они вошли в это место.
Другой корень вырвался на свободу под ногами Винн. Она рванулась прочь, таща за собой Чейна. Корень скорчился и устремился к ней, становясь всё более толстым, поскольку выходил из земли.
Чейн срубил его. Моментально другой вспорол мох и стегнул его по лицу. Он отпрянул, и тот потянулся к Винн.
Как слепой корень мог знать, где она находится? Даже учитывая, что он просто двигается, он не мог так точно нацеливаться на нее. Или что-то направляло его или его сущность и цели были неестественными.
Перед глазами Чейна мелькнуло воспоминание.
Когда-то давно он притаился рядом с Вельстилом, поскольку на них охотилась Магьер. Той ночью ни Магьер, ни Малец не ощутили и не отследили присутствие Чейна. Не тогда, когда Вельстил прикасался к нему. А Вельстил носил кольцо.
Чейн кинулся к Винн. Прижав её к себе и развернувшись, он протянул левую руку через ее грудь. Сжав пальцами ее дальнее плечо, он стиснул руку так сильно, что бронзовое кольцо врезалось ему в палец.
Чейн, прижимая Винн к себе, отступал, надеясь, что это сработает, поскольку питаемый гневом голод нахлынул на него снова.
Винн изо всех сил пыталась устоять на ногах, пока Чейн отступал, таща её за собой. Она пнула корень, пытаясь парировать его, поскольку он тянулся к ее лодыжке, но Чейн так сжал ее плечо, что она чуть не вскрикнула.
— Успокойся, — выдохнул он ей в ухо. — Тихо.
Винн замерла и наблюдала за корнем.
Он катался по земле и стегал воздух и вдруг метнулся в сторону. Прелые листья и мох фонтаном брызнули от его основы. Внезапно, он ринулся к ней.
Винн съежилась, прижавшись к Чейну.
Корень щелкнул в воздухе и свернул вправо, ползя по старым, полуразложившимся листьям.
Винн с трудом сглотнула, пытаясь дышать максимально спокойно. Корень потерял ее, хотя она стояла на расстоянии длины своего посоха от него. Как это было возможно?
Всё больше корней прорвалось вокруг края просеки. Маджай-хи старались держаться от них подальше. Врейвилия быстро ступила на прогалину, а затем замерла, уставившись на них.
Каждый толстый, припорошенный землей усик ощупывал землю, разыскивая Винн.
Пока их противники были отвлечены, Красная Руда и Тень отступали к стволу. Ни один корень не мог дотянулся дальше, чем до края прогалины. Ни один не появился дальше, как будто…
Винн изо всех сил попыталась повернуть голову и посмотреть на Хармун.
— Отходи назад, — прошептала она.
Чейн не двигался, пока Винн не подтолкнула его ее локтем. Он отступал, таща ее за собой, но Винн чувствовала, что его грудь, к которой она прижималась лопатками, всё сильнее дрожит.
«Проныра… Ты думаешь, что сможешь прятаться от нас вечно?»
Врейвилия напряглась, а Винн съежилась от царапающего хора крыльев-листьев Стихийных Духов в ее голове.
Прятаться? Как она могла прятаться у них на виду?
Ее плечо запульсировало, и она глянула на него. Бронзовое кольцо на левой руке Чейна врезалось в ее кожу через плащ и одежду. Она пошевелила рукой с кинжалом, и он ослабил хватку.
Деревья вокруг просеки начали потрескивать, поскольку ветер крепчал среди них. Ветки дрожали и корчились, присоединившись к поиску корней. Даже стволы начали скрипеть и дрожать.
Врейвилия наблюдала за деревьями с ужасом, исказившим ее лицо и задушившим любые другие эмоции.
— Краджх-бана-ахар! — выкрикнула она, и Винн только сейчас поняла значение этого слова. — Вы сказали мне, что делать. Почему… почему вы губите своих детей, чтобы добраться до вашего врага?
«Часть наших детей может быть принесена в жертву… чтобы спасти от истребления остальных!»