- Значит, ты во всем винишь меня, и, использовав Майю, ты тупо хотел отомстить мне?
- Не отомстить, - не согласился Том. – Я просто хотел ощутить какого это иметь все. Но, целуя твою девушку, и заняв твое почетное место в среде нашей компании, я получил все, о чем желал, но почему-то я не стал от этого счастлив.
- Может, у меня и было все, но у меня не было самого главного – времени.
Докурив сигарету, Калеб выбросил ее в приоткрытое окно.
- Не знаю почему, - продолжил Калеб. – Но я всегда хотел тебе помочь. Пытался быть рядом, когда был нужен. Но ты сам отдаляешься от людей. Тебе никто не нужен. По крайне мере, ты так хочешь считать.
- Ты посмотри, что происходит с нашей компанией, мы все становимся чужими людьми. Они были мне дороги, но они все покидают меня. Я просто не хочу быть снова брошенным.
- Этим мы с тобой и отличаемся, - сказал Калеб, привстав с парты, он медленно подошел к Тому, и протянул свою руку, чтобы помочь ему встать. – Ты до сих пор живешь прошлым, а я пытаюсь жить настоящим. Вряд ли мы когда-нибудь сможем быть снова с тобою друзьями...
Глава 7
Декабрь подходил к концу. Холодный и ледяной ветер сковывал промерзшее тело Калеба. Сидя на одиноких качелях, он подводил итоги уходящего года. Ведь его время подходило к финалу. И этот месяц должен был стать завершением его недописанной истории.
В пьяном состоянии, он пытался отрывками своей памяти собрать воспоминания всех прожитых дней. Но «картина» эта так и не собралась. Ведь опухоль сводила его к слабоумию. Забирая все прожитые моменты из памяти...
Услышав хруст белоснежного снега, он машинально поднял свои глаза, пытаясь в этой безликой мгле разглядеть кого-то.
- Знала, что найду тебя здесь, - чуть слышно проговорила Майя, сев возле Калеба на замерзшие качели.
- Где ты пропадала? – спросил Калеб, взглянув на часы, он увидел, что до нового года осталось чуть больше десяти минут.
- Пыталась поговорить с Томом.
- Томом? – спросил Калеб, пытаясь понять о ком, она говорила.
- Ты что забыл его? – встревожено спросила Майя, думая, что это действие алкоголя на него так повлияло.
- Не забыл, - после этих слов Калеб заплакал. – Я словно просто его и не знал...
- Что ты хочешь этим сказать?
- Главный симптом опухоли головного мозга – это потеря памяти. Я не помню ничего, словно провалы в памяти.
Майя с ужасом смотрела на него, пытаясь подавить ком, что разрывал ее горло.
- Я боюсь, что скоро я позабуду все. Свою маму... То, что со мной было... И главное... – выдержав небольшую паузу, он закончил. – Я боюсь, что забуду и тебя...
Капли слез, скатились по ее бархатной коже.
- Неужели ничего нельзя сделать?
- Можно, - ответив ей, он приложил два пальца к своему виску, делая вид, словно готов, застрелить себя из пистолета. – Тупо ускорить приближение своей смерти.
- Калеб, еще не все кончено!
- Нет, все уже давно закончилось.
Взяв сигарету в руки, он трясущимися руками закурил.
- Вскоре я забуду и о нашем с тобой прощальном поцелуе...
- Ты не забудешь его, - сказала Майя, и, подойдя поближе к Калебу, нежно коснулась поцелуем его губ. – Ведь я буду напоминать тебе о нем каждый день...
Растворившись в унисоне чувств, они окутывали друг друга под идущий хлопьями снег. Стрелки часов пробили двенадцать, затем минутное молчание и небо разорвалось от ярких взрывов фейерверков.
- С кем год встретишь, с тем его и проведешь, - разбито проговорил Калеб, смотря на Майю.
- Как бы я хотела, чтобы эти тупые слова оказались правдивы.