- А что ему помешает убить нас потом? – спросил Майк.
- Поняв правила его игры, - начал тихо говорить Том, чтобы услышать его смогли только присутствующие в комнате. – Мы сами сможем диктовать ему условия...
- Что он там нес про семь смертных грехов? – спросил Ронни, выйдя из временного ступора.
- Мы должны определить, кто из нас погряз в одном из них, - ответил лишь Том, и, достав пачку сигарет, закурил. – Но перед тем как мы начнем, - он уверенно посмотрел в камеру. – Ты должен ответить мне на самый главный вопрос Калеб: Где Элисон с остальными?
Глава 3.
Но в ответ Калеб так ничего им и не ответил…
- Я знаю, как все сейчас напуганы, но давайте не будем делать преждевременных выводов, - попытался успокоить всех Том, снова взяв на себя роль лидера, которым когда-то являлся в этой компании. – А рационально решим: кому, какие грехи подходят больше. От этого мы ничего не потеряем, - после этого, он снова тихо прошептал. – И так мы сможем потянуть хоть немного времени, чтобы решить, что нам делать дальше...
- С чего начнем? – спросила его Майя, наконец-то хоть немного оклемавшись от происходящего.
- С зависти, - сказал Том, и посмотрел на реакцию всех окружающих. Каждый не хотел «примерять» на себя не один из этих пороков, хоть все и осознавали, что хоть раз использовали в своей жизни эти грехи.
- Ее можно приписать, кому угодно здесь, - проговорил Ронни, бегая глазами по всем.
- Я знаю, - согласился с ним Том. – Поэтому надо отталкиваться от другого. Неспроста нас здесь сейчас семеро, столько же, сколько и смертных грехов. Поэтому каждый грех относится только к одному человеку, и сделан он был во вред нашей давнейшей компании.
- Но ведь, - влез в разговор Майк, но сразу замолчал, не сумев сопоставить что-нибудь более адекватное.
- У тебя есть другие варианты? – прокричал Том. – Если нет, то будем делать так, как сказал я.
Выпустив дым, он попытался снова успокоиться, хотя в таком стрессовом состоянии ему тяжело это давалось.
- Зависть, - продолжил Том. – Я могу отнести к Генри. Ты постоянно завидовал мне, что я был лидером в нашей компании. Ты так долго шел к тому, чтобы тебя признали тоже. Но на фоне меня ты мерк. К тому же твоя любимая девушка ушла ко мне. Ты можешь все спирать на ненависть которую испытываешь, но если быть честным, скажи, ты ведь просто завидуешь? Что у меня всегда было то, о чем ты мечтал.
Он на мгновенье поник, после чего снова окинул Тома диким оскалом на своем лице. Не найдя рационального ответа на его слова, он лишь только промолчал, удостоверив Тома в своей собственной теории.
- Обжорство, - возобновил речь Том. – Принадлежит тебе Майк. Посуди сам, ты из богатой семьи, у которого с самого детства было все. А когда есть все, какой смысл жить дальше? Поэтому ты продолжаешь хоть как-то украшать свою жизнь, выдумывая постоянно все больше изыска роскоши в своих буднях. Даже сегодня, чтобы почтить память Калеба, - Том осекся, ведь они слышали Его голос сейчас. - Ты снял вместо обычного коттеджа древний замок. И ты знаешь, что это не предел твоих возможностей, тебе и этого мало.
В ответ Майк тоже решил промолчать, так как очевидные вещи смысла не было отрицать.
- Алчность присуща тебе Ронни, ты всегда был скуп и жаден. Уныние, Остин, твой порок. Ты разочаровался во мне и отвернулся от меня, предав нашу дружбу с самого детства.
- А каким пороком окутан сам ты, Том? – спросил его грубо Ронни, словно эти слова задели его за живое.
- Гневом, - лишь только ответил Том, чувствуя, как обаяние ненависти придавало ему сил все это время.
Немного помолчав, Том снова закурил.
- Похотью окутана ты Тереза, - Том окинул ее взглядом, так как она находилась к нему ближе всех. – Тебе было мало чувств с Генри, поэтому ты распустила себя, пав в мои объятия.
- Значит, оставшаяся гордыня относится ко мне? – спросила нервно Майя.
- Хочешь сказать, что это не так? – возмутился Том.
Она замолчала.