— Это ваше дело, верить мне или нет, но я говорю чистую правду, и если ее кто-то обидит, это точно буду не я. Но могу вас заверить, что я найду этого ублюдка и убью его собственными руками.
Он недоверчиво смотрел на меня, пока его жена не успокоила его, чуть погладив по плечу.
— Дорогой, я думаю, что нам не стоит вмешиваться. Пусть ребятишки попробуют пожить вместе в статусе жениха и невесты. Им это пойдет на пользу.
— Где ты работаешь? — спросил он. — Кто твои родители?
— Я генеральный директор фирмы «COSMOS». Родители у меня пенсионеры.
— «COSMOS», говоришь? Вот откуда твоя фамилия известна, — хмыкнул он. — Что ж, ладно, я дам тебе шанс только потому, что ты пришел и сразу обозначил свои намерения. Но запомни: если хоть раз ее обидишь или, недай Бог, поднимешь руку, тебе не жить, — жестко сказал он, испепеляя меня глазами.
Серьезно, если бы взгляд умел убивать, он бы убил меня еще десять минут назад.
— Обещаю вам, что никогда не обижу и тем более не подниму руку на вашу дочь, — встаю я из-за стола, чтобы пожать руку будущему тестю.
— Смотри мне, — пожал он мою руку в ответ. — Головой за нее отвечаешь, чтоб ни один волосок с ее головы не упал.
— Не волнуйтесь. Я беру ответственность за ее жизнь и сделаю ее счастливой.
Глава 13
Мелисса
Эта поездка очень сильно меня утомила. Никогда не думала, что в восемнадцать лет буду знакомить родителей с моим мужчиной.
Поправочка: с моим фиктивным мужчиной. Этот спектакль надолго не затянется. Единственное, что мне не нравится, так это то, что мне нужно переехать к Стасу. И именно этим я сейчас и занимаюсь. А точнее, собираю вещи.
Вернулись мы буквально вчера вечером, и у меня есть неделя для сбора вещей. Но я решила не медлить.
И вот я сижу, перебираю вещи, решая, что с собой взять, и вспоминаю один из самых сложных и странных дней в моей жизни.
Например, после того, как меня послали погулять, я не придумала ничего лучше, чтобы прогуляться до заднего двора, где у нас стояли качели. Я нервно раскачивалась и думала, как там Стас. Странно, что я думала о нем, а не о родителях. Но мне правда интересно, что он им скажет. И буквально через двадцать минут он пришел ко мне с ничего невыражающим лицом. И было невозможно понять, как все прошло.
— Как все прошло? — тихо спросила я, повернувшись к нему, когда он сел рядом со мной на качели.
— Все хорошо, — спокойно отзывается он, — тебе не о чем волноваться.
Ну да, конечно. Это ему, наверно, не о чем волноваться. Но я волнуюсь, как родители приняли его. Вдруг он им не понравился? А может, они против того, чтобы я жила с незнакомым мужчиной? А может...
— Не загружай свою голову вопросами, — усмехнулся он, когда я на него удивленно посмотрела, — когда ты не скрываешь свои эмоции, ты как открытая книга.
— Я не загружаюсь вопросами.
А ведь он прав. Раньше мне многое говорили, что меня можно читать как открытую книгу, говорили, что я слишком эмоциональна к любой мелочи и веду себя как ребенок. Хотя я и правда в тот момент была ребенком. И именно из-за этих людей я сначала не совсем осознанно начала прятать свои эмоции за отчужденной маской, а потом и вовсе поняла, что, показывая близким людям свои настоящие эмоции, ты делаешь им больно. Тогда я начала показывать только счастливую часть себя, которая всегда поддержит, поможет, подскажет и просто выслушает, нежели чем грузить людей своими мыслями и плохим настроением.
— Но все же, что ты им сказал? И как они отреагировали?
— Сказал, что мы любим друг друга, — хмыкнул он, — отреагировали тоже нормально.
Если это правда, то я очень удивлена. Мне всегда казалось, что если я приведу домой парня, в лучшем случае его просто выставят за дверь, а в худшем... Даже представлять не хочу.
Так как Стас ничего толком не сказал, я решила проверить обстановку у родителей. Но и они всего лишь сказали, чтобы я была счастлива.
— Лиска, если ты любишь этого мужчину и счастлива с ним, мы не будем против ваших отношений, — ласково произнесла мама, поглаживая меня по волосам. — Дим, правда же? — повернулась она к папе.
— Да, доченька, — натянуто улыбаясь, произнес он, — но если он тебя обидит, и в этот момент не будет никого рядом, вспомни все те приемы, которым я тебя учил.
О да. Когда-то в детстве папа учил меня самообороне, но, думаю, любые мои навыки не помогут мне с мужчинами. Они априори больше и сильнее меня.
— Дим, ну что ты такое говоришь! — возмутилась мама. — Никакого насилия. Если вдруг что, сразу звони Саше, он сразу приедет, — уже обратилась она ко мне.
— Все будет хорошо, и никто не станет поднимать на меня руку. Можете не волноваться, — ободряюще улыбнулась я.