Боль и вправду начала понемногу отступать, а ее место заняло приятное ощущение наполненности вместе с возбуждением, которое нарастало, образуя тонкую нить, которая вот-вот порвется.
— Какая же ты узкая, — сквозь зубы прорычал он.
Стас меня послушал и начал активно в меня вбиваться. Так активно, что его спина точно будет красной от моих ногтей. Наши стоны смешались, и было непонятно, где чьи. Я обхватила его талию ногами, ловя его ритм.
— Я сейчас... — хотела сказать "кончу", но тут меня накрыла очень сильная волна, и она была гораздо мощнее первой. Я сжалась так, будто член Стаса сейчас исчезнет. Но он только становился больше, и я чувствовала его пульсацию, а сквозь пелену звезд слышала рычание Стаса.
Он упал на меня, держа свое тело на локтях, опустив голову рядом с моим плечом. Я открыла замыленные глаза. Наше дыхание тяжелое и сбивчивое. Мое тело расслаблено, а душа счастлива и спокойна.
Подняв голову, Стас поцеловал меня в губы и прошептал:
— Вот теперь на сегодня точно хватит.
Перекатившись с меня на другую сторону кровати, он притянул меня к себе и накрыл нас одеялом.
— Засыпай, принцесса, — поцеловал в щеку, а мои глаза, как по команде, начали слипаться.
Глава 19
Стас
Я лежал и смотрел на девушку. Причем, мать твою, голую девушку, что, тихонько посапывая, уткнулась мне в шею, лежа на моей руке.
То, что я счастлив, ничего не сказать. Пожалуй, это был лучший сон за последние несколько лет. Ведь за все эти годы, день ото дня, я спал от силы пару часов и шел на работу, на которой был до ночи. И так по кругу три года подряд.
Сейчас же основная работа на моем заместителе, который хорошо выполняет свою задачу. Я же хочу наверстать все упущенное время со своей девочкой.
Телефон на тумбочке зажужжал от пришедшего сообщения. Потянувшись за ним, я быстро пробежался глазами по тексту, на который одобрительно хмыкнул.
— Отлично, — прошептал я под нос.
Мелисса резко дернулась, а после медленно открыла свои золотые глаза.
Золотова с золотыми глазами. Звучит симпатично, но, увы, придется это дело исправить и, надеюсь, как можно скорее.
— Сколько время? — сонным голосом спрашивает она, все так же лежа на моей уже достаточно затекшей руке. Но я не жалуюсь. Пожалуй, это будет самое приятное онемение руки.
— Одиннадцать.
— Почему ты не на работе?
— Не хотел тебя будить, — бросил взгляд на руку. — Сегодня из дома поработаю.
Глянув на руку, она села в кровати и сонно смотрела на меня.
— Ты что-то хочешь спросить?
— Ты ведь все помнишь? — утверждающе буркнула она.
— А ты надеялась, что сможешь меня напоить, налив на три бокала больше, и я буду бухой, как овощ, а на утро забуду, как мы трахались? — усмехнулся я, когда ее глаза раскрылись, а щеки покраснели.
— Чтобы узнать, надо попробовать, — фыркнула она.
— И как узнала? — спросил. — А теперь серьезно. Ты не сказала, что девственница.
Конечно, я предполагал, даже был уверен. Но после вчерашних слов Ники о том, что у нее были презервативы, и она постоянно уходила с этим недоноском, меня затопила волна жгучей ревности, которая поставила под сомнение этот вопрос. А когда мы дошли до нашего соединения, мысли поплыли настолько, что я вообще забыл про эту тему. Все же алкоголь не сильно, но сделал свое дело.
Поверил чьим-то словам, как школьник.
Идиот.
— А какая разница? — пожала плечами. — Что знаешь, что не знаешь. Результат будет тот же.
— Но если бы ты напомнила, я мог быть помягче, — упрекнул я ее, понимая, что это моя вина. Я забыл этот важный момент. — Мы твой пункт договора нарушили, — бросил я, понимая, что этого договора уже не существует.
Как?
Все очень просто.
Всегда нужно читать мелкий шрифт. А Мелисса его не прочла.
Нужно будет с ней это серьезно обсудить.
А написано там было то, что если у нас будет близость, договор расторгается, но я обязан довести обещанное до конца.
А если же ее не будет, договор автоматически расторгается по истечению года. Или если вдруг она захочет уйти от меня раньше. Условия так же идут против меня. То бишь, она в любом случае мне ничего не должна.
Несмотря на то, что пункт был таков:
Если же Мелисса в течение года захочет все расторгнуть, она должна будет мне возместить два миллиона долларов. Но этот пункт перечеркивает тот, где я от всего отказался.
То есть, я обязан до конца достроить ресторан Мелиссы. А она же мне ничего не должна.
Этот пункт не был согласован с юристом.
Таких условий вообще по большей части не существует. Но кого это волнует?