— Давай я быстрее найду. — Протягивает руку, чтобы взять телефон.
Ага, быстрей она найдёт. Как же.
— Ааааа! — удивлённо прикрикиваю, открывая фотографию, на которой Стас прижимает девку к стене. — Это ещё что такое?
Минута молчания настала быстро. А вот уходить явно не желает.
— Чего ты молчишь? — немного повышаю голос, чтобы получить ответ. — Стой, стой, стой! — Смотрю на дату фото. — Оно сделано в день моего девичника. Через день ты свалила, сверкая пятками из-за этих дурацких фотографий?
Молчит и просто смотрит на меня. Потому что я права. Я уверена.
— Не думала, что моя подруженька такая глупая. Это ж надо, ничего не узнав, просто всех кинуть и свалить!
— Вот только не надо мне нотации читать. Я знаю, что поступила глупо.
Понять то, что поступила по-дурацки, нужно еще уметь. С этим справилась — это уже хорошо. Я бы сказала, даже отлично.
— Господи, сохрани того человека, который будет терпеть ее всю жизнь! — громко проговорила, сложив руки в молитвенном жесте и подняв голову к потолку.
— Спасибо за поддержку, — закатила она глаза. — Можешь и дальше шутить, но только никому не говори о фотках. А я потом сама со Стасом поговорю.
— Охотно верю, что ты сама с ним поговоришь. Дай угадаю: через пару лет?
— На выходных мы встретимся и все обсудим, — говорит уверенно.
Телефон в руках дает о себе знать.
Олег: Я подъехал.
Я же сказала, через полчаса! Вот что за человек такой! Он просто невыносим!
— Олег приехал. Я, пожалуй, побегу, а завтра, скажем, после твоих пар встретимся и сходим в какое-нибудь хорошее местечко.
— Хорошо.
Интересно, что бы я сделала в такой ситуации?
Наверное, вырвала бы всем патлы и выколола глаза. Хотя, смотря кто бы со мной так поступил, или...
Да нет, без разницы, кто. Всем бы досталось с лихвой.
Зачем я вообще рассуждаю об этом? Еще накаркаю. Мне этого только не хватало!
Выйдя из подъезда, захотелось назад. Вроде начало осени, жара, но я настолько мерзлячка, что мне холодно от теплого осеннего ветерка.
— Сейчас быстренько добегу до машины и буду греться, — сказала я себе в поисках той самой машины.
Ее еще не найти.
Гудок.
Второй.
Что там за водила такой недалекий? Дорога пустая, а он сигналит.
Из любопытства разворачиваюсь и замираю как вкопанная.
Мой водила. На какой-то новой машине.
— Это что за тачка? — придирчиво осматриваю новый блестящий кабриолет. — Ты не мог еще дальше встать и сигналить, чтобы я тебя точно заметила?
Не дождавшись ответа, сажусь в так называемую машину.
— Захотелось чего-то новенького, — бросил он, выезжая на проезжую часть.
— Мы поедем к нему?
— Уже едем.
***
— Он у себя? — выходя из лифта, спрашивает Олег, не успев ступить на кристально вылизанный пол.
На что секретарша кивает.
Возможно, сейчас мы получим словесный трах. Не только из-за того, что влезли не в свое дело, но и за то, что вломились в кабинет, как к себе домой.
— Вы тут что забыли? — усталым взглядом нас осматривали синие глаза.
Олег молча щелкает в мою сторону пальцами, мол, рассказывай.
Он совсем обозрел.
Намеренно прохожу мимо него и располагаюсь напротив Стаса. Нас разделяет длинный стол, сделанный явно из хорошего темного дерева. Ну и Олег, который сел где-то в середине.
Но я упрямо молчу.
Пусть нормально попросит.
— Так и будешь язык в заднице держать?
— Я ничего не скажу, пока ты не соизволишь по-человечески попросить, — спокойно произнесла я, смотря прямо.
А прямо находился Стас, который закрыл ноутбук и, сцепив руки в замок, молча наблюдал за нами.
— О, Ваше Величество, не изъявите ли вы желание открыть ваш прекрасный рот и вымолвить хоть что-то?
Придурок.
— В общем, рассказываю все вкратце, хотя, если честно, говорить не о чем. Она тебя бросила из-за дурацких фотографий.
— Каких, к чертям собачьим, фотографий? — переживает Стас, смотря на меня убийственным взглядом, будто я ему не помогла, а сделала эти фотки. — Какого хрена вы лезете не в свои дела?
Достаю телефон и скидываю то, ради чего лазила в телефоне подруги.
Додумалась же еще хранить эти фотки.
С каждой секундой лицо Стаса становится еще более жестоким.
Мой же мужчина, ничего не понимая, подходит к другу и смотрит в его телефон.
— Уу, — присвистывает Олег. — Я помню этот момент.
Стас же переводит на него горящий взгляд, полный жестокости. Так и хочется крикнуть: «Вмажь ему для профилактики!», и только из-за того, что нам ехать еще вместе домой, молча продолжаю рассказ.
— Она собирается с тобой встретиться и всё обсудить. Но, зная её, она может ещё раз пять передумать. Эти фотографии ей скинули в день девичника. А дальше — сильная обида: «Главное, я своё дело сделала, дальше сами».