Обхожу этого парня и иду уже к пустому входу.
Я все больше и больше поражаюсь людям.
Ну, общались когда-то.
Подумаешь, он мне нравился.
Я уже перестала считать эти моменты чем-то важным.
А этот объявляется в момент, когда в моей жизни все более-менее спокойно.
Может, карма с прошлой жизни?
***
Наконец-то я отсидела четыре пары. Хотя звучит так, будто вышла из колонии строгого режима. И как бы в нашем современном мире это странно ни звучало, я всегда любила учиться.
Всему.
Будь то рисование или каратэ. Да, были разные периоды моих запросов.
Даже геометрию любила. Ну, как любила, научилась любить. Всё-таки в моей профессии она необходима.
Из здания я выхожу с новой знакомой. Оказалось, её зовут Ангелина. Она единственная отдалилась от всех, как отшельник, который уходит в лес от толпы. Не знаю, по какой причине, но после очередной пары она обратилась ко мне с просьбой прикрыть её завтра на занятиях.
Мы даже не знакомы. Но я не могла ей отказать. Выглядела она очень потерянной. И как бы мне ни хотелось судить человека по одёжке, вещи на ней были не то что плохие, они были ужасные.
И дело не в обычных вещах из масс-маркета. Её вязаный кардиган, который должен быть объёмным, висел как тряпка. Некоторые нитки вылезали, на рукавах виднелись катышки, а кроссовки вообще оставляли желать лучшего. Именно поэтому я согласилась ей помочь. Вдруг у неё случилось что-то ужасное, и сейчас в её жизни не самый лучший период.
— Спасибо тебе большое, ещё раз, — натянув вымученную улыбку, поблагодарила она.
— Не за что.
Распрощавшись, я поплелась в сторону парковки, где меня должно было ждать такси. Но опять не прошла даже половины пути.
Что за день сегодня такой?
— Мелисса, мы должны поговорить. — Второй раз за день объявился Андрей.
— Лично я никому и ничего не должна, — ответила раздражённо. — А вот ты... Тебе лучше знать.
— Это важно. — Он выглядел серьёзнее, чем обычно, но мне было абсолютно неинтересно слушать человека, которого я вычеркнула из своей жизни.
— Я всё понимаю, но мне правда всё равно, что бы ты ни сказала.
Только я успеваю сделать пару шагов в нужном направлении, как слышу то, чего не ожидала услышать от этого человека.
— Про фотографии с твоим здоровяком тебе тоже не интересно знать? — немного усмехнулся он, насколько это позволяла его избитая физиономия.
Развернулась я со скоростью света.
— Что ты сказал?
— Ты слышала. Я знаю о фотках и могу рассказать все в ярчайших подробностях.
Сердце грохочет. Если он сейчас же мне не расскажет, что знает, я его на месте закопаю.
— Тогда чего ты молчишь? Говори! — рявкнула на него.
Слушая его рассказ, мой взгляд затуманивался все сильнее, но не от слез. Их застилала пелена гнева и ярости, которые вот-вот должны были вырваться наружу.
— В тот день я подменял знакомого охранника на смене. Все было тихо, пока не пришла баба с фото. Весь клуб был снят твоим мужиком и его друзьями. Они хорошо так выпили и сидели культурно. Даже никаких шлюх не вызвали. Но, как ты понимаешь, она пришла сама. Причем именно к твоему женишку. Дело в том, что она уговорила меня помочь ей за совместное времяпровождение. Ее зовут Лиза. Может, вы знакомы?
Я не верю своим ушам: как человек, к которому я всегда хорошо относилась, зная все, мог помочь этой суке? Неужели у него и это не вызвало хоть грамма стыда? В этот момент я четко осознала, что все, что не делается, все к лучшему. Ведь будь я послабее, я бы согласилась и на свободные отношения, лишь бы быть рядом с таким гнилым человеком. Говорят, что люди влюбляются в похожих на себя людей. Неужели я была такой... Вроде бы нет.
— Сначала она не знала, что делать, но когда я понял, по чью душу она явилась, я случайно заикнулся о тебе и о том, что измена для тебя табу. А она рассказала, что это заведение — друга ее бывшего, и у нее есть доступ к камерам. И тогда ей пришла идея. Когда твой собирался в сторону бара, как раз возле стены на него накинулась Лиза, якобы упав. Она прислонилась к стене, сделав вид, что подвернула ногу специально. Ведь на камеру открывался совершенно другой вид, который можно было понять не так.На что ты, кстати, попалась.
Он еще и смеет ухмыляться. Да я расквашу ему эту улыбку, и тогда он вообще рот не откроет.
— В общем, между ними, правда, тогда ничего не было. Мы ушли с ней в ту ночь вместе. Прости меня, если сможешь. Я понимаю, что это сделать невозможно, и рассказал я это тебе лишь из личных побуждений. Но правда, прости.