Зареслава подскочила к Нарате и отдёрнула её от дверей:
— Не подумала, что охрана и с той стороны может стоять? Даже если её не видно по аурам! Что вообще с тобой? Ты ведёшь себя как пьяная Герусет.
— Всю эту мораль придумали Светлые, а не я, — отдёрнула Нингаль и подругу, и створки. Хубур вскочила с места, готовая броситься на помощь новой подруге. Та решительно шагнула вперёд, напористо и злобно цокнув когтями.
— Негоже выгонять делегатов, и не стоит закрывать дверь перед носом Нингаль, учитывая, что её мать столь же наглая, как и она, — коричневый дракон, опирающийся на трость, произнёс эти слова одновременно с действием — на дверь словно опустился прозрачный занавес, отгородивший Нарату от остальных. Оставшиеся позади друзья уже сами зарычали и похватали оружие, но Нарата на них не обратила внимание. Демиурга она узнала не по внешности, а скорее по тому ощущению, что он у неё вызвал. Душу Нараты словно разодрало на две половины: одна испытывала презрение, а другая — ярость. Самка растопырила когти, но меч свой не призвала, в отличии от остальных. Еле сдержалась, осознав, что Мирдал знал, для чего именно посылал ученицу к Радверу и Яролике. Нынешние правители Хардола не устраивали ни Свет, ни Тьму, и не могли не вызвать у них бурную реакцию. Но Мирдал желал, чтоб Нарата преодолела себя. Или же не себя.
— Посмотри на неё, Радвер, — медно-золотистая драконесса, соборная Яролика призраком проплыла где-то на краю видимости и вновь исчезла. — Тайно пробирается в мою страну, нагло врывается в мой дворец, оскорбляет всех по пути… Она действительно похожа на Инанну. Столь же предсказуемая.
— Прошу простить, но это вы захлопнули дверь перед моим носом, — ответила Нарата, смотря, впрочем, лишь на одного Радвера. Тот спокойно выдерживал её взгляд, но давление на самочку чуть ослабло. — Ты сам знаешь, что я для тебя представляю больше опасности, чем мои друзья, но прошу не обижать их. Для нашаран свита это народ, а не слуги.
— Ты низкого мнения о своих союзниках, — Радвер чуть отвернул морду вбок, будто советуясь к кем-то, но потом снова обернулся к Нарате. — Ответь мне теперь, от кого пришла на самом деле и зачем.
— Передать привет от Мирдала и объединиться против навов, — Нарата встряхнулась. — Если вы, конечно, заинтересованы в этом. Хардол всё-таки далеко от Нашара, и никогда не приходил ему на помощь, когда тот был в беде.
— Ты готова поговорить с нами наедине? А твои друзья готовы час подождать?
— Если только вы покажете им, что всё в порядке, а то сейчас они развяжут войну в отдельно взятом городе, — Нарата ничуть не удивилась вопросам Яролики — что взять с демиургов?
— Если ты умрёшь, они имеют право убить нас, — Радвер тоже представлял, что взять с нашаран.
Глава девятнадцатая
Принцессу поставили в угол
У Нараты возникло стойкое впечатление, что соборная, стоящая посреди галереи с витражными окнами пошире, чем этажом ниже, изо всех сил старалась походить на Мирдала. Шерсть её была высветлена с медного на золотой, судя по другому оттенку у корней волосинок. Поза и улыбка тоже в чём-то копировали нового учителя Нараты, хотя на морде было больше явно обманчивой наивности, а доброта лучилась так, словно Нарата не грубо ворвалась в покои высших Светлых, а прилетела с подарком. Хотя именно из-за этого и становилось стыдно.
— Дитя, мы давно тебя ждали, — Яролика произнесла приветливо и неожиданно честно. — Знаешь ли ты о своём недуге? Рассказывала ли тебе мама о нём?
— Кто из нас всеведущая? — Нарата не стала приветствовать соборную, поскольку и она этим не утруждалась. Радвер вздохнул, пока Яролика тихо и вежливо смеялась.
— Разве всеведущим созданиям запрещено задавать вопросы? Привет от Мирдала я принимаю и посылаю ему свой. Арислодара его заждалась, и надеется, что сможет повстречаться хотя бы со своей дочерью Нармелой. Вы же не собираетесь покидать Хардол сразу после нашей беседы? Навы не нападают сей момент.
«Нет, играй лучше по правилам Нараты» — так она и подумала, перебивая: