Агнар выдержал на себе взгляд Герусет — отнюдь не тёплый. Да, она действительно преобразилась — кончилось действие зелья, и теперь тело Герусет приобретало всё более выраженные самочьи формы.
— Для начала позвольте мне поблагодарить мою сестру Ламиру и Светлейшего за то, что сохранили и усовершенствовали Ликдул, — красные глаза дракона сверкнули. — Но времени на долгий разговор у нас нет. Амрафет, подтверди это.
— Времени у нас сколько угодно. Тот момент, когда я мог перехватить власть в нави, упущен за обнимашками. Шилонен, пара Тескатлипоки, обладает большим авторитетом, чем я, а твои, Агнар, изобретения, которые мы с Мирдалом, по сути, украли у Герусет, могут компенсироваться тем, что навы захватили в плен ардинских учёных с их защитными разработками.
— Хватит уже давить на больное, — перебила Герусет мятежного нава, примериваясь пастью к его щупальцу. — Будем надеяться, что тех умников убили, не заметив, в чём их ценность. В Ардин эти двое до сих пор не вернулись, так что такой шанс не мал.
— Но их трое, — Шеш выглянул из-за отца, привстав, опираясь на его плечи. — К ним присоединился ещё один, Вилмир Эвервей.
Нарата, заменяющая на совете Инанну, заметила, что на это имя никто, кроме Мирдала, не отреагировал, да и тот лишь слегка повёл плечами, словно от озноба.
— Вам лучше рассказать о нём побольше, навы, — хмыкнул Агнар. — Не всем здесь известно, кто он такой.
— Это мой первый ученик, — Радина сделала морду Герусет ещё более недовольной — та уже предчувствовала, о чём пойдёт рассказ дальше. — Помимо обучению интересным техникам допроса я рассказала ему, как вызывать навов. При Герусет у нашаран с навами был взаимовыгодный договор — они транспортируют нас в другие миры, где мы собираем рабов в энергетические пирамиды, а мы творим в тех мирах хаос и разрушение, чтобы ускорить их разложение в навь на пропитание нашим союзникам… Но Вилмир влюбился в нескольких рабынь, одурел и начал вызывать навов просто так, чтобы они разрушали миры быстрее, чем мы бы спасали рабов для пирамид. Ему даже удалось убедить навов больше не прилетать на наш зов, и Герусет жутко ревновал навов к кракалевнам, даже отдал одному из владык нави свою племянницу… Зря ты это делал, Герусет, ведь к тому времени я под давлением обстоятельств открыла Тхантифаксат — самый близкий к нашему миру слой нави, куда можно заявляться через «трещины»-порталы. Правда, вести рабов через Тхантифаксат было уже сложнее — на нас часто нападали то навы, то другие путешественники. Но уже позже, владея Иркаллой, а не Нашаром, мы создали с правителем Ардина того времени, Азаром Иресаром, совместное предприятие — Дом Иресара, которое взяло на себя доставку уже не только рабов из других миров, но также иных ресурсов. Технология для Ардина и магия для нас — в их числе. Поэтому в Ардине и Иркалле самая продвинутая наука. Но это уже далеко от темы… В последний раз Вилмира видели при неудачном нападении на лабораторию Дома. Видимо, либо Вилмира не убили окончательно, либо его воскресили друзья среди навов… Интересно, что же тогда с другой моей ученицей, Ярлуной, которая погибла, защищаясь от него
— Об этом сейчас речи не идёт, — оборвал её Амрафет. — Спешить вам теперь некуда, но драконью болтовню могут прервать щупальца нава.
— Именно поэтому, — Агнар распахнул крылья, привлекая к себе внимание. — Нам нужно решить, что делать дальше. Мирдал вкратце рассказал мне о событиях, произошедших за недавний период. Теперь, когда Иерон вернулся, а Радвер вышел из подчинения сумасбродной полубогини, мир кажется мне ещё более опасным, чем во времена войны с навами. А они между прочим тоже не дремлют, и кто знает, что выпытали у тех, кто попал к ним в щупальца.
— Я по-прежнему предлагаю тебе применить твоё оружие против Шилонен, — Амрафет ему ответил. — Даже если раньше я не высказывал это вслух. Есть надежда, что она не снабдила всех своих ардинской бронёй.
— Даже если так, её можно превратить в энергию, я видел и знаю, как, — сидевший на лестнице Алгамир перевалил голову через перила. Но на него смотрели лишь короткое время — после все взгляды приковал вставший на задние Тенерос, что пригнулся, дабы не портить рогами потолок.