– Мы ещё не закончили. – пригрозив пальчиком сказала мне Ля и упорхнула флиртовать с Итаном.
– Чую кофе. – сказала я, вдыхая аромат спасительного напитка.
– Держи. – протянул мне Эйден кружку. – Сегодня отлёживаешься, завтра ты нужна мне полная сил и энергии.
– А что вообще представляет из себя распределение? – спросила Ля, не обращаясь ни к кому конкретно. – Ну то есть как это всё происходит?
– Всё предельно просто. – начал объяснять Итан. – Все адепты заходят в общий зал, образуя живой круг и встают по группам: два одарённых и два с даром крови. После чего директор вызывает группы по очереди и объединяет пары. Далее пары демонстрируют полученное объединение и их направляют к куратору. После чего все хлопают и группы уходят вслед за их кураторами обучаться. Обучение длится год, после чего, либо снимается объединение, либо вам говорят, что нужно делать, снабжают учебниками и отправляют разбираться с этой проблемой самостоятельно в мире за пределами Академии. В самом конце разумеется балл.
– Наденьте завтра платья. – начал Эйден. – Те, что мы принесли. Это стандартная форма для распределения.
– А как пары демонстрируют полученное объединение? – спросила я. – Итан, ты сказал что мы должны будем продемонстрировать.
– Всё просто. – начал Итан и протянул руку Ля. – Выводи силовой поток, как я учил.
Ля кивнула и взяв Итана за руку, закрыла глаза. Между переплетённых пальцев начало появляться красно-жёлтое свечение, и они медленно начали отводить руки друг от друга. У Ля на ладони остался сгусток жёлтого света, а у Итана бледно-красного.
– Как красиво. – сказала я, не в силах отвести взгляд.
– После объединения, – начал Итан. – силовые потоки не будут распределяться, а останутся едины.
– А мы что должны сделать? – спросила я у Эйдена.
– Мы с тобой стихийники.
Я поняла его с полуслова и улыбаясь протянула руку. Он обхватив мою ладонь и начал выпускать искры, я последовала его примеру. Отводя руку Эйдена и увидев практически такие же искры загасила поток и спросила:
– Но они практически идентичны, как директор поймёт, что всё получилось?
Ответил мне Итан:
– Тут дело скорее в энергии. Объединившись вы удваиваете поток.
– Ладно. – сказал Эйден. – Сегодня отдыхайте и набирайтесь сил, завтра трудный день.
И они с Итаном покинули нас.
День прошёл в изучении материала учебников, попытках изобразить пейзаж за окном в своём альбоме и постоянных всполохах огня Ля, посылающей записки Итану и посмеивающейся над ответами.
Я долго не могла уснуть, страшась предстоящего объединения и ворочаясь из стороны в сторону. Капелька на моей шее отозвалась приятным теплом и перед лицом загорелось пламя, выпуская записку, скользящую по воздуху к моим протянутым ладоням. Я аккуратно развернула её:
«Не переживай, я с тобой. Эйден.»
На душе стало легче и, положив записку под подушку, уснула с улыбкой на лице.
– Крошка моя, поднимайся, мне необходимо сделать из тебя красотку! – донеслось возле уха от Ля, отбирающей моё одеяло.
– Почему вы все так ненавидите сон? – спросила я, поднимаясь с постели.
– Сегодня важный день, иди в душ, а потом живо ко мне. – ответила Ля уперев кулаки по бокам.
Я, повинуясь этому смертоносному созданию, направилась в душ. Простояв максимально долго под струями горячей воды услышала гневное от Ля:
– Ксандрия, ты там уснула?
Я вышла из душа и спросила:
– А почему я называю тебя Ля, а не Джулия, а ты, когда злишься, постоянно зовёшь меня Ксандрией?
Соседка силой усадила меня на стул перед столом с большой кружкой кофе, за что я была ей благодарна, и расчёсывая мои волосы ответила:
– Потому что Джулия – это не моё имя, так меня назвали приёмные родители, а не родные. Что пытались от меня скрыть. Ля мне очень нравится, так назвала меня ты, а ты практически моя сестра.
– Прости.
– Да ничего. В любом случае Ксандрия – очень красивое имя, но я честно говоря привыкла и к Кэт и к Саше, а так же Кэтрин, Александре и даже Крошке от Эйдена. Кстати Крошкой начала называть тебя я.
– Я помню. – улыбаясь и попивая свой завтрак ответила я.
Подвеска на шее, теплом, оповестила о записке. Появился, уже такой знакомый, огонь и я протянув руку словила послание:
«Передай Ля, что тебе серебряные стрелки нельзя, ты не сирена. Пусть сделает обыкновенные чёрные. Эйден.»
– Эйден говорит, что я не сирена и мне нельзя серебряные стрелки. Написал делать чёрные.
Старательно засовывая в мои волосы шпильки с крохотными красными камушками Ля ответила:
– Да, хорошо.
– А почему камушки красные? Это к чему?