Дело было в уединенном уголке дворца, в комнатке, где рабы хранили хозяйственные принадлежности, вроде тряпок, корзин, досок и запчастей для всякой дворцовой всячины. Девушка наклонилась и перебирала разную мелочевку, выставив при этом ко мне свою аппетитную попочку. При виде нее у меня сразу взыграла кровь и я решил получить все-таки реванш за свои унижения.
Недавно Вирсания, которая через Ариадну знала все о самых красивых девушках дворца, сообщила мне, что Дионисия, оказывается, любит изумруды и готова сделать за них что угодно. У меня же как раз в потайном кармашке туники был спрятан перстень с изумрудом, подарок одного из сенаторов, редкостная вещица. А еще недавно в одном из залов дворца я обнаружил закатившиеся за клинию бусы с искусственным изумрудом. Вот сейчас и попробуем узнать, насколько Дионисия любит изумруды.
Я незаметно приблизился к девушке и подслеповато щурясь, погладил ее упругие ягодицы. Затем смущенно спросил:
— Ох, кто это здесь?
Дионисия ахнула и обернулась. Она готова была влепить мне пощечину, но я так беспомощно моргал и строил из себя заблудившегося старика, что она, едва скрывая отвращение, сказала:
— Что ты здесь лезешь, старый хрыч? Иди куда подальше, пока я тебя не разодрала на кусочки и больше здесь не шляйся.
— Хорошо, дочка, хорошо, — ответил я и достал стеклянные бусы. — Только вот ты не подскажешь, я тут недавно нашел бусы с изумрудом, а вот теперь не знаю, кому их отдать? Что теперь с ним делать?
В комнате царил полумрак, на дальней стене тускло горел светильник и поэтому с первого взгляда невозможно было распознать подделку. Тем более, что я и не отдал бусы в руки девушки, а держал их у себя.
В глаза Дионисии разгорелся костер.
— Эй, дедушка, давай мне эту вещицу, а я отдам кому надо, договорились?
Она протянула руку, а я резво спрятал драгоценности за спину.
— Э, нет, я нашел их и теперь мне полагается вознаграждение. Это ведь очень ценная вещица, я знаю. Меня не проведешь. Наверное, надо найти госпожу, потерявшую эти вещи и отдать ей, а уж она меня отблагодарит, верно?
Дионисия оглянулась по сторонам и придвинулась ко мне, решив, видимо, силой отобрать заветные бусы. Тогда, чтобы еще больше подразнить ее, я тут же сказал:
— Там ведь, где я нашел это украшение, лежит еще куча других с изумрудами. Перстень, ожерелье, браслет и еще много чего. Кажется, ворона там сделала тайник. Хочешь, покажу?
Огонь в глазах девушки разгорелся еще жарче. Теперь она придвинулась ко мне вплотную и прошептала:
— Конечно хочу, говори, дедуля.
Я хитро прищурился.
— Красавица, я готов отдать тебе их все, потому что мне они ни к чему, но вот попрошу тебя оказать мне кое-какую услугу.
— И какую же? — нетерпеливо спросила Дионисия.
Я приподнял край туники и показал на свой обнажившийся детородный орган.
— Я хочу, чтобы ты подарила мне удовольствие, которого я давно не знал. Это не займет много времени, силы у меня уже не те. Что скажешь?
Честно говоря, высказывая свое пожелание, я больше насмехался над девушкой и каждое мгновение ожидал, что она сейчас стукнет меня по яйцам и оставит без причиндалов. Но нет, к моему удивлению, Дионисия подошла к двери, выглянула, затем закрыла ее на засов и обернувшись ко мне, стянула с себя тунику, мгновенно оставшись обнаженной.
Я замер на месте от изумления. Девушка же, нисколько не стесняясь, подошла ко мне и положила мою руку себе на грудь.
— Ну что же, старик, — хрипло прошептала она. — Если у тебя еще есть силы, то вот она я, полностью твоя.
Силы у меня конечно же, имелись. Чтобы она не заподозрила во мне некоторое физическое и телесное несоответствие между внешностью головы и остального туловища, я повернул ее к себе задом, а затем принялся ощупывать все тело. Затем потушил светильник и несколько раз поцеловал в губы. Дионисия отвечала не то, чтобы страстно, но вполне отзывчиво. Губы у нее были мягкие и сладкие, такие, как и представлял.
Пламенея от возбуждения, я все также загнул девушку раком и вошел в нее сзади. Что-то эта поза становится для меня самой привычной, подумал я, ритмично входя в нее. Дионисия стонала и изгибалась всем телом. Несколько раз она пыталась погладить меня, но я не давал ей сделать это, чтобы она не почувствовала, что кожа моего тела слишком гладкая для старика. Чтобы этого не произошло, я схватил ее за руки и сам начал гладить ее изумительное тело, одновременно продолжая размеренно входить в нее.
Постепенно я наращивал темп,двигаясь все быстрее и входя в девушку все мощнее, да так, что шлепки наших тел раздавались далеко вокруг. Груди девушки колыхались в темноте, я несколько раз ловил их рукой и сжимал, лаская. Затем я уперся в нее, обхватив сзади за плечи и входя в нее особенно сильно.