— Приведите его тело в надлежащий порядок, — приказал я Парсанию и помощник тут же кивнул. — И срочно соберите комитов и дуксов его войска. Надо объявить о смерти отца.
Я подошел к Спурию, только недавно отошедшему от происходящего и судорожно хватающего воздух ртом. Теперь с ним можно было говорить по-другому.
— Служба у меня и никаких подкупов, — заявил я. — Если откажешься, то немедленная казнь.
— Да что ты говоришь, щенок? — хрипло спросил Спурий, массируя себе шею. — Ты уверен, что удержишься на троне?
В комнату вошел Атальф с двумя воинами. Увидев мертвое тело отца, он удивленно поднял брови.
— Это сделал Одоакр, — пояснил я. — А наш любезный Спурий отказывается повиноваться мне, своему законному императору.
Атальф пожал плечами.
— Ничего страшного, там где отрубили голову одному, там отрубим и другому. Только прикажите, доминус.
— В подземелье его, — сказал я. — Я не могу сейчас рисковать. Кто там следующий по званию после него? Немедленно его ко мне.
В комнату вбежал Залмоксис и покачал головой.
— Ушел через башню, император. Нырнул в ров и убежал.
— Вот проклятье, — выругался я. — Ладно, немедленно стройте своих людей на площади. Атальф, ты тоже. Где шляется Лаэлия? Я хочу, чтобы войска моего отца были окружены и в случае неповиновения уничтожены. Мне надо срочно разобраться с ними, пока они все разделены по городу. По частям.
Мои помощники кивнули и помчались выполнять приказания. Дворец тут же наполнился шумом и криками. Спурия увели.
— Эй, а кто мне даст телохранителей? — крикнул я им вслед, но меня никто не услышал.
Почти никто. Оказывается, здесь во дворце, меня все-таки ждали. Среди всего этого гама и неразберихи, раздававшихся вокруг, в комнату, где я остался, заглянул Нимарк.
— Император, — сказал он почтительно, но со скрытой радостью в голосе. — Наконец-то вы вернулись.
Он вошел в комнату и поклонился. Затем заметил маску старика, до сих пор оставшуюся у меня в руке изумленно посмотрел на меня.
— Вот именно, — подтвердил я. — Ты спас своего императора и теперь назначен дуксом палатинских схолов. У тебя есть другие надежные товарищи? Мне надо осмотреть дворец, а я остался без телохранителей.
— С радостью, император, — сообщил Нимарк. — Хоть десяток.
— Возьми всех, как можно больше, — сказал я. — Ты же помнишь, что где-то здесь разгуливает Тисандрий? Нам надо с ним разобраться.
Нимарк выбежал из комнаты, а я остался ждать его, прислушиваясь к шуму во всем дворце. Затем подошел к окну и посмотрел в узкую щель.
Все окрестности затопило солнце и люди в городе бежали по делам, но за рвом начали толпиться зеваки. Кажется, слухи о том, что во дворце началась очередная заварушка, стремительно распространились по городу.
— Ага, сволочь, вот ты где, — сказал знакомый женский голос за спиной.
Обернувшись я увидел знакомую мне любительницу изумрудных украшений, так подходящих ее зеленым глазам. Дионисия мрачно смотрела на меня и медленно надвигалась. Подойдя почти вплотную, она показала на маску старика, лежащую на полу и яростно сказала:
— Значит, это был ты, мерзкий кусок дерьма. Ты трахнул меня обманом.
— Ну почему же, — сказал я примирительно пожимая плечами. — Перстень с изумрудом был подлинный.
— Зато бусы поддельные! — закричала Дионисия и бросилась на меня, а в руке у нее вдруг неведомым образом появился кинжал.
Это было серьезно и я тоже помчался, только уже в другую сторону, стараясь, чтобы между нами сохранялось достаточное расстояние и оставались какие-нибудь препятствия в виде клинии или стола. Девушка гонялась за мной с искаженным от ярости лицом, затем споткнулась в луже крови и пришла совсем в дикое бешенство. В таком виде нас застала Лаэлия, вошедшая в комнату вместе с двумя помощницами из центурии Неистовых Амазонок.
— Ты, как всегда, не можешь разобраться со своими женщинами, — поморщилась она, когда я, запыхавшись, постарался спрятаться за своей помощницей.
— Ох, ты не представляешь, как ты вовремя, — сказал я, едва переводя дыхание. — Она загоняла меня. Занималась сексом с каким-то стариком, а теперь считает, что это был я. Кажется, у нее какие-то нездоровые фантазии.
— Ах ты сволочь! — закричала Дионисия, снова пытаясь пробиться ко мне, но Лаэлия уже вытащила меч и ткнула его кончик в грудь девушки.