Лаэлия была изумлена. Такая экспедиция у нас вообще не обсуждалась. Мы ведь плыли из Равенны чтобы нанести поражение вандалам. Хотя, по большому счету, у нас имелись достаточные средства и запасы продовольствия для дальней экспедиции.
— А что будешь делать ты, император? — спросила девушка. — Разве ты не поплывешь с нами?
Я покачал головой.
— Ты же слышала, что сказал Парсаний. У вандалов сейчас почти не осталось войск. Они разбиты и еще даже весть об этом не достигла их правителя. Поэтому сейчас самое удобное время, чтобы покончить с ними. Я отправлюсь туда на «Несокрушимом» и захвачу их.
— Ты с ума сошел? — спросила девушка, понизив голос. К этому времени гонец уже отошел и наш разговор почти никто не слушал, все старались узнать у гонца подробности победы над вандалами. — С тремя тысячами войск против целого королевства? Да они же уничтожат тебя.
— Ты забываешь про танки, — снисходительно сказал я. — Я хочу опробовать их на равнинах северной Африки.
Лаэлия махнула рукой.
— Это те самые передвижные повозки, которые тащат волы? Мне кажется, это самая дурацкая идея из задуманных тобой. Вандалы сожгут их в первом же бою. Ну да ладно, ты император, тебе и решать. Куда прикажешь, туда и отправлюсь. Мне, впрочем, и так нравится идея почесать мечом задницы остготам.
— А как же Восточная Римская империя, доминус? — спросил Парсаний, как будто материализовавшийся из воздуха рядом. — Ты решил их не дожидаться?
— Конечно, — ответил я. — Ты же видел, что они сделали, чтобы рассорить меня с Сасанидами. Так что Зенону доверия нет. Он не даст флота, не даст денег на войну, тогда зачем мне вообще с ним что-то делить? То, что мы завоюем, останется за нами.
Больше возражений у моих советников не было и на том и порешили. Нимарк отправился в Аримин, Лаэлия получила полномочия военного комита по Далмации, а Атальф военного комита по Паннонии. В отсутствие императора они представляли мою особу в войсках и солдаты должны были подчиняться им, как мне.
На следующее утро, пополнив запасы воды и продовольствия, Лаэлия отплыла в Далмацию на всех судах, что у меня имелись. Я отправился на дальше на юг на «Несокрушимом», пополнив запас ядер. Филоник, кстати, остался со мной, поскольку в нашем походе пушки играли ключевую роль.
По дороге Парсаний отправил с голубями вести своим людям в Карфагене, чтобы они побыстрее организовали мне встречу с послами африканских государств на Сицилии. Мне нужно было срочно создать союз против вандалов.
Плавание до Сицилии заняло около трех недель, особенно нам помешала погода на юге. Так мы могли бы добраться быстрее, но не получилось. Кстати, по пути мы обогнали несколько уцелевших трирем вандалов. Чтобы они не донесли в Африку вести о том, что мы тоже идем на юг, пришлось погоняться за этими кораблями и потопить их. Уцелевших людей мы подобрали и посадили их на весла. Затем мы продолжили путь дальше.
Уже на подходе к Сицилии как-то на рассвете меня разбудил Авундий и заявил:
— Император, мы можем совершить доброе дело, на которые ты так горазд или побыстрее поплывем дальше. Что выбираешь? Честно говоря, я бы на твоем месте поплыл дальше.
— А что случилось? — спросил я, сонно вытирая глаза. — Куда это дальше ты предлагаешь плыть?
Выяснилось, что южнее от нас на горизонте плывут торговые корабли, а из преследуют другие, военные.
— Это торговцы из Африки, везут зерно на север, возможно в Рим, — сообщил Авундий. — А на них напали пираты. Их около двадцати кораблей против десяти, неужели вы захотите потерять время, чтобы помешать им?
— Конечно, ты что, еще сомневаешься? — спросил я. — Давай скорее туда, пойдем им на помощь.
Авундий вздохнул. Я так подозреваю, что он знал этих пиратов и не желал им мешать заниматься благородным делом отъема части богатств у купцов. Тем не менее, приказ он выполнил вполне добросовестно и вскоре мы уже плыли наперерез каравану судов, на которые уже набросились пираты.
Мы успели как раз вовремя. Пираты успели захватить два судна торговцев и уже нацелились на остальные. Они использовали юркие биремы, то есть совсем крохотные корабли, которые по сравнению с нашим гигантом казались игрушечными.
При виде нашего гиганта они поначалу замерли на месте, размышляя, как быть дальше, а затем разбежались в разные стороны. Мы успели подстрелить два корабля, а потом захватили еще два, а остальные благополучно уплыли.
Когда мы высадили на захваченные корабли абордажную команду, пираты не пожелали сдаваться просто так. Они обнажили оружие и принялись сражаться, несмотря на то, что у нас был гораздо больший численный перевес. Это объяснялось тем, что по законам того времени за пиратство полагалась смертная казнь и терять пиратам было нечего.