Палуба корабля в очередной раз содрогнулась от выстрелов. Смотри-ка, какой он самоуверенный. Что же, в бою это скорее хорошо, чем плохо.
Я еще раз посмотрел на укрытый в темноте город и задумался о том, что с моей стороны было слишком опрометчивым идти на вандалов с такими малыми силами. Если сейчас штурм Сиракуз провалится, мне придется несолоно хлебавши отправляться домой. Если я при этом еще потеряю тессераконтеру, это будет вообще эпическое поражение.
С правого борта из темноты вынырнули три триремы и ударили в бок «Несокрушимого». Корабль покачнулся. Раздался такой сильный треск и гул, что я подумал, будто нам пробили дыру в борту. Одновременно от толчка я упал на палубу и несколько раз перевернулся, прежде чем остановился.
— Это что, их флот? — закричал я, поднимаясь с места.
Да, это были гарнизонные корабли сиркузцев. Выйдя потихоньку в темноте из форта, они подошли к нам и попытались взять на таран. Авундий послал помощников на нижнюю палубу, узнать как там дела, а тем временем Филоник перевел огонь на подошедших врагов.
Кроме того, теперь в действие вступила наша пехота. Моряки закидывали крючья на триремы и приковывали их к нам, а Хлор повел в бой две центурии. Поскольку палуба триремы, которую они собрались захватить, находилась ниже нашей палубы, воинам пришлось прыгать на борт вражеского судна, рискуя сломать себе ноги или свалиться в море.
Кроме того, вражеские солдаты собрались на носу и кровожадно ждали, когда придут наши воины, чтобы начать их убивать. Я со своей верхней палубы видел, как далеко внизу мои воины приготовились было прыгать, но Хлор, видя, что их там ждут, чтобы устроить теплый прием, позвал арбалетчиков и лучников, приказав им стрелять по врагам.
Стрелки быстро собрались на борту и начали поражать беспомощных врагов стрелами, от которых тем некуда было спрятаться, разве что убежать на нижнюю палубу к гребцам или затаиться за мачтами. Какой молодец этот Хлор, своими обдуманными действиями он напомнил мне Лакому, ведь тот старый разбойник тоже любил действовать осмотрительно, п не бросать в опасность очертя голову.
Разогнав вражеских воинов стрелами и арбалетными болтами, наши воины начали прыгать на борт триремы. Филоник между тем начал снова обстреливать стены и ворота города, потому что вражеские корабли подошли слишком близко к нашему флагману и пропали из зоны обстрела.
Тем временем одна вражеская трирема смогла отцепиться от нас, перерезав абордажные цепи и уплыла в темноту. На первой, куда прыгали наши воины, закипел бой, больше похожий на резню, слишком уж подавляющее у нас было превосходство в силах.
Вскоре там все было покончено, часть врагов сдалась в плен, а часть была перебита. Трупы скинули в море, а на триреме остались несколько матросов, чтобы управлять судном. Тем временем точно таким же способом мы начали штурмовать вторую трирему, так и не сумевшую отцепиться от нас.
В то же время из темноты снова вынырнули три вражеских корабля, только теперь уже с левого борта и ударили нас в корпус. В этот раз я устоял на ногах, так как держался за поручни, но скрежет по корпусу и удары, сотрясающие судно, отзывались болью в моем сердце.
Неужели сейчас мы получим пробоину и утонем, как Титаник? Вот зараза, надо устроить нечто вроде прожектора, чтобы освещать море в таких случаях. Вот только как это сделать, ведь электричество еще не придумали.
С тремя этими триремами мы поступили точно также, как и с предыдущими. Закинули абордажные крючья и намертво прицепили к себе, а затем принялись обрабатывать из луков и арбалетов. Затем Хлор, уже забравшийся обратно на тессераконтеру, направил на каждый вражеский корабль по две центурии одновременно.
Так проходила эта ночь и вскоре после этого, когда уже близился рассвет, мы стали счастливыми обладателями пяти трирем. В это время Филоник наконец разгромил ворота города, да еще и сумел обрушить часть стены.
Чтобы высадиться, мы как раз использовали новые триремы, а «Несокрушимый» грозно оглядывался по сторонам и прикрывал высадку. Видимо, у Сиракуз больше не осталось желания дарить нам новые корабли и они благоразумно оставили их в порту. Когда вспышки выстрелов осветили стену и порт, я увидел, что возле причалов стоят на приколе несколько десятков кораблей. Все они остались стоять без движения, не рискуя выйти в море против нас.
Мы высадили на пристань свой десант и центурии тут же начали строиться в боевой порядок, ощетинившись копьями. За второй линией копейщиков стояли стрелки, готовые поразить любого врага поблизости. А еще солдаты быстро собирали повозки с железными корпусами, устраивая в порту укрытие.