— Если Ромул станет императором, я приду по первому его зову, — сказал он Парсанию. — А пока что от меня мало толку. Приходите, когда у вас будет что-нибудь конкретное и интересное. Мы с моими парнями с удовольствием поучаствуем в перевороте.
Обращаться к факционариям партий мы не стали. Как ни удивительно, но Орест и тут поддержал мои реформы и отменил все партии на территории всей империи, оставив только партии «золотых» и «серебряных». В Равенне их главами остались Ората и Фальк соответственно.
В других городах лидеры партий отказались подчиниться добровольно и начали собирать союзников для того, чтобы пойти в справедливый поход на магистра и наказать его за своеволие. Но нет, после недавних столкновений и проигрышей желающих нашлось мало.
Сенаторы послали людей искать наемников в варварских королевствах на севере, но пока что не нашли никого. Короче говоря, в регионах, особенно в Риме ситуация с партиями оставалась напряженной и я не мог понять, почему мой отец не решает немедленно эту проблему, а целыми днями забавляется с Адрианой и другими девушками в термах на четвертом этаже дворца. Кажется, победа надо мной и абсолютная власть немного вскружили ему голову.
Кстати, насчет Адрианы. Она, также как и Вирсания, остались целиком на моей стороне. Благодаря девушке я знал о намерениях моего отца и на самом деле контролировал его намного больше, чем он мог даже подумать.
Кто еще остался? Филоник, также, как и Атальф остался служить, но его отец тоже не тронул, так и оставил командовать стрелками. Даже не оставил наблюдателей, разве что только в первое время. Когда Парсаний спросил, чью сторону он выбирает, Филоник буркнул:
— Конечно, сторону Ромула, — и отправился дальше со своими арбалетчиками на тренировочное поле.
Когда Парсаний догнал его и спросил, пойдут ли за ним его солдаты, Филоник просто кивнул и все. В верности своих стрелков он не сомневался и был уверен, что они сделают все, что он прикажет им.
Кто еще остался? Беллатор, Евмен, Гордий? Эти тоже пока что остались на своих должностях, хотя Беллатора скоро должен был сменить другой казначей. Все трое выразили желание со мной.
Короче говоря, все было готово для того, чтобы начать действовать против моего отца. Поэтому мой побег был назначен на сегодня. И действовать мы должны были начать чуть за полночь.
В еду охранника положили усыпляющее зелье и вскоре послышался его храп. Тогда Валерия и Парсаний открыли дверь моей комнаты и вошли ко мне.
— Ты зачем пришла? — спросил я у девушки сердитым шепотом. — Ты представляешь, каком юу риску подвергаешь себя? Если тебя схватят…
— Это мой выбор, — ответила девушка оскорбленно. — Я хочу помочь тебе, даже под страхом смертной казни.
— Ладно, — ответил я. — Извини, я сейчас немного взвинчен.
Парсаний передал мне плащ с глубоким капюшоном и документы, свидетельствующие, что я простой конюх из окружения комита по конюшням и лошадям императора. Я быстро накинул плащ и мы вышли из комнаты, снова заперев за собой дверь и сломав ключ изнутри.
Задумка заключалась в том, чтобы мои тюремщики долго не могли открыть дверь ко мне, и только потом поняли бы, что птичка упорхнула из клетки.
Возле двери развалился Тисандрий и храпел во всю мощь своих огромных легких. Мы быстро прошли мимо него и отправились через весь дворец к выходу для слуг. Именно из него из дворца можно было выйти без относительных проблем.
По дороге нам никто не встречался, кроме разве что рабов, бесшумно скользящих по коридорам по своим делам. Кстати, что касается моей реформы освобождения рабов и амнистии преступникам, то это было единственное, что мой отец отменил, придя к власти.
Теперь все рабы, на мгновение вкусившие прелесть свободы, жаждали моего возвращения. Парсаний сообщил, что достаточно одного только моего слуха, что я сражаюсь за власть и все рабы не только Равенны, а всей империи тут же стекутся под мои знамена. Ну что же посмотрим, скоро нас предстоит проверить этот слух.
Подойдя к выходу из дворца, мы прошли через врата и оказались на улице. Стояла теплая летняя ночь, в темноте летали светлячки, где-то вдали квакали лягушки и стрекотали сверчки.
Теперь нам предстояло пройти через охрану ворот для слуг, тоже небольших и маленьких. Валерия продолжала неуклонно идти рядом с нами, невзирая на мои просьбы отделиться, потому что это было опасно. И вообще, все это было не по плану.