Почти сразу мне удалось направить беседу в нужном направлении, потому что по большому счету мы собрались здесь по одной причине: все были в той или иной степени злы на вандалов. И мавританцы и гетулы вели с ними постоянную войну, а гараманты не могли торговать с Европой из-за того, что вандалы не пускали их караваны к морю. Асторианцы несколько раз сталкивались с вандалами на поле сражений и тоже были недовольны результатами. Поэтому нам удалось довольно быстро договориться о союзе против варваров.
— Я прошу у вас вторжения на территорию вандалов в самое ближайшее время, — сказал я посланникам. Со всех сторон одновременно. Срок вам — через две недели. К этому времени мы ударим по Карфагену.
Послы удивленно залопотали на своих языках. Они были рады напасть на вандалов, но я дал слишком сжатые сроки. Немыслимо собрать армию и напасть в такой короткий срок.
— Мы просто должны воспользоваться ситуацией, — пояснил я. — После того, как мы разгромили их в двух сражениях, сейчас вандалы испытывают большие сложности с вооруженными силами. У них просто мало войск. Мы должны напасть на них и захватить как можно больше городов.
— Мы слышали о том, что вы несколько раз победили их, римляне, — сказал Мрсис. — И согласны с тобой, император, что следует поторопиться. Но, повторяю, ты даешь нам слишком мало времени.
— Как хотите, — я пожал плечами. — Но тогда мы нападем сами и захватим много земель. Вам достанется меньше.
Недовольно посовещавшись, все послы решили последовать моему предложению и организовать вторжение как можно скорее. Мы спорили и ругались до самого утра, поскольку никак не могли решить, кто и куда будет нападать, но под утро пришли к более-менее приемлемому соглашению. Каюсь, при этом я уже заложил в их будущие отношения между этими странами зерна раздоров и сомнений, поэтому если нам и в самом деле получится победить вандалов, то вскоре весь север Африки окажется охвачен междоусобной войной, и местным государствам уже будет не до войны со мной. Я же смогу, наведя порядок у себя на родине, вернуться сюда снова и уже тогда мы поговорим по-другому.
Встреча закончилась подписанием тайного соглашения против вандалов и затем послы быстро разъехались, чтобы поскорее начать войну. Я же занялся ремонтом «Несокрушимого». Через две недели, починив корабль и пополнив боеприпасы и запасы продовольствия, мы отплыли на Карфаген.
Глава 18. Вперед, с песней на восток, на Карфаген!
Да-да, вы не ослышались,на Карфаген. Что нам еще оставалось после того, как я озвучил цели экспедиции? Разве я пришел сюда, на юг Апеннин только для того, чтобы усмирить непокорных сиракузцев? Нет, конечно. Острие моей политики сейчас и да и всегда было направлено против варваров. В Западной Европе это были вестготы, в Восточной - остготы и гунны, а на юге — вандалы. Были, правда, еще и набирающие силу франки, но эти пока сидели спокойно и не рыпались к нам.
Впрочем, насколько я помню, с франками еще можно было договориться, особенно если мы вместе с ними высоко поднимем и будем защищать знамя христианства. С вестготами я пока на время решил проблему, с остготами должны разобраться мои военачальники и Восточная Римская империя, а теперь настала очередь вандалов. Тех самых вандалов, которые подвергали Рим самым разорительным набегам. Тех самых, что должны были ответить за пролитую кровь римлян.
Короче говоря, счетов к вандалам у меня накопилось немало, и теперь настало время все их предъявить к оплате. Я не рассчитывал покорить их своими малыми силами. Нет, будет достаточно, если я создам угрозу их столице — Карфагену и стяну к городу все их оставшиеся силы, а тем временем мои африканские союзники скорее выполнят обещание и начнут вторжение в страну вандалов с разных сторон. Вот тогда-то у них под ногами и загорится вся земля. Вот тогда вандалы и узнают, что это такое, когда по твоей земле безнаказанно разгуливает враг.
Когда я объявил о цели экспедиции своим командирам, то не увидел с их стороны никакого удивления. Как будто мы не отправились завоевывать один из самых крупных и многолюдных городов тогдашнего Средиземноморья, а просто отправились в увеселительную прогулку по морю.
— Как скажешь, император, — с восхитительным равнодушием сказал Авундий. — Это твой корабль, мы твои слуги, а ты наш император, куда скажешь, туда и поплывем.
— Экспедиция в Карфаген давно уже необходима, — согласился Парсаний, для которого эта новость не явилась сюрпризом. — Это то, чего ждали все римляне.