Наши горящие солдаты прыгали с борта биремы прямо в воду, но даже и там продолжали пылать. Это было ужасное и противоестественное зрелище, я и не думал, что такое возможно. Вслед за солдатами из нижней палубы вылезли и побежали гребцы, но они тоже были обречены.
Но я уже думал о другом. Две квинквиремы стремительно приближались к другим биремам, а две других нацелились на наши флагманские корабли, хищно приподняв раструбы, через которые подавали огонь. Теперь я понял, почему эти судна плыли на нас так целеустремленно и отважно.
— Огонь по ним! — закричал я во весь голос и схватил Авундия за руку. — Не дайте им подойти к тессераконтере!
Наверное, Филоник услышал мой истошный вопль, потому что немедленно начал палить из всех архитронито. И удача, вторым по счету ядром он угодил прямо в борт ближайшей к нам квинквиремы. Греческий огонь, как я тоже помнил смутно из рассказов Герения, состоял из смеси нефти, серы и селитры, а также еще каких-то гремучих элементов.
Наверное, раскаленное ядро удачно попало в какие-то запасы этой ядерной смеси в трюме квинквиремы и от этого произошел чудовищный взрыв. На месте вражеского корабля вспыхнул огненный шар, пылающие обломки судна полетели во все стороны.
— Что творится, что творится! — кричал возбужденно Авундий. — Клянусь тестикулами Посейдона, это просто невозможно представить!
Липкой этой горящей мешаниной обдало соседнюю квинквирему и еще одну нашу бирему. Они тоже вспыхнули и люди начали прыгать с них в воду.
Не теряя времени, Филоник перевел огонь на другую квинквирему, поливавшую огнем еще одну нашу бирему.
В тоже время, повинуясь моему приказу, Авундий скомандовал отступать кораблям нашего флота. Они однако, подплыли уже слишком близко и не могли быстро развернуться.
— Подождите, доминус, давайте посмотрим, все ли корабли врагов вооружены этим страшным оружием, — сказал мне Парсаний, внимательно наблюдая за флотом противника. — Герений говорил, что его запасы слишком малы. Вряд ли они вооружили все свои корабли.
Квинквирема, в которую стрелял Филоник тоже вспыхнула и на ней взорвался еще один склад с запасами греческого огня. Теперь у врагов осталась только одна квинквирема и она находилась дальше всех. Уничтожив все наши биремы, теперь эта квинквирема нацелилась на «Несокрушимого». Для этого она медленно разворачивала нос по направлению к нам.
К счастью, Филоник не дремал. После всех остальных кораблей он перевел огонь именно на оставшегося врага. Вскоре в борт квинквиремы вонзились сразу два ядра и прошили его насквозь. Корабль тут же замедлил ход, в корпус его хлынула вода и он начал тонуть.
— Больше у них не осталось огня, — убежденно сказал Парсаний. Он выхватил у меня подзорную трубу и осмотрел ближайшие судна врага. — Нет, они чисты, император.
Но все равно, опасаясь ловушки, мы обрушили огонь из архитронито на остальные корабли противника, не давая им подойти слишком близко к тессераконтерам. Вражеские триремы и биремы тонули одна за другой, хотя и продолжали отважно нападать на нас. У них действительно больше не было греческого огня. Разве что только у парочки трирем еще были раструбы, но мы тоже не дали им подойти слишком близко.
К полудню морской бой закончился. Уцелевшие корабли противника удирали от нас. Их осталось около сорока штук. Мы же после этого собрались на совещание на «Несокрушимом». Надо было обсудить, как избежать еще более тяжкого поражения, которое мы чуть было не потерпели.
Глава 26. Битва за Константинополь
— Ну что ты стоишь, мальчишка, давай, быстрее проходи в город! — закричал трибун, стоявший у ворот и поднял копье вверх. — Ты что не видишь, сейчас ты задерживаешь всех остальных, стоящих в очереди!
— Все, все, все, — покорно ответил я. — Нижайше прошу прощения! Я просто первый раз в городе и засмотрелся на его укрепления.
— Вот это верно, смотри и не забывай о том, что этот город не возьмет никто в мире, тем более такой сосунок, как Ромул Момиллус! — хвастливо ответил трибун и закричал уже другому кандидату для прохода в город: — Ну что ты лезешь, подожди, все проходят в порядке очереди, не надо напирать, сейчас мы проверим тебя и пропустим! Все хотят попасть в славный город Константинополь, не только ты один!
Да, это точно. Все хотят попасть в столицу Восточной Римской империи. А вот мне уже удалось сделать это. Я прошел в Константинополь вместе с Парсанием и Залмоксисом и теперь, открыв рот, осматривал стены города. Да, я был совершенно прав, когда решил, что нам никогда не взять город с теми силами, что у нас имелись сейчас в наличии.