Анни стонет от разочарования.
— Вы, ребята, такие дети.
— По крайней мере, банан в бикини не выскочил из гигантского торта, как это было на день рождение в прошлом году, Анни, — услужливо замечает Ной. — Он действительно всё держал под контролем в этом году.
— У банана была подтанцовка, — возмущается Анни. — С инструментами. Это был практически марширующий банановый оркестр.
— Ну, тебе же нужна была причина, чтобы хорошенько напиться в свой двадцать первый день рождения, верно? — указывает Ной. — Смущающее чувство юмора твоего брата — хорошее оправдание.
— Ты имеешь в виду то, как мой брат продолжает эмоционально травмировать меня?
— Ты встречалась с психологом в колледже? — спрашиваю я. — У меня много денег. Я могу оплатить хорошего мозгоправа.
Анни игнорирует меня.
— Ной, ты знал о телохранителе?
Ной наклоняет голову в сторону, когда смотрит на меня.
— Серьёзно, Эйден?
— Как будто я могу позволить свой младшей сестрёнке встречаться со своими подружками и напиваться без защиты?
— У нас были презервативы, — кричит Анни.
Я кричу, чтобы заглушить ее слова.
— Ахх! Что за чертовщина, Анни? Мне не нужно об этом знать.
— Эти бананы были телохранителями? — прерывает Ной.
— Нет. К сожалению, телохранитель отказался надевать костюм банана и петь или танцевать чечётку, поэтому мне пришлось нанять две разные компании. В наши дни действительно тяжёло найти хороший талант.
Ной фыркает, пока бросает на меня взгляд.
— Никогда не слышал более правдивых слов.
— Я чувствую, что данный комментарий адресован мне, но я собираюсь проигнорировать его. Я говорил тебе, что отправлю кого-нибудь, Анни. По сути, он был «трезвым водителем». Ты должна поблагодарить меня.
— Ты абсолютный члено-блокиратор, Эйден! — визжит сестра. — Ной, скажи ему!
— Хорошо, во-первых, я бы хотел прожить всю оставшуюся жизнь, не услышав от своей сестры термин «члено-блокиратор» снова, спасибо, — указываю я. — И, во-вторых, я не вижу, как отправка телохранителя в бар с вами оказала какое-либо негативное влияние на ваш вечер, кроме того, что вы благополучно вернулись домой.
— Никто не захочет приударить за девушками в окружении головорезов в костюмах, — протестует Анни. — Ной, поддержи меня.
— Ну, мне действительно жаль, что ни один из парней не оказался достаточно мужественным, чтобы приударить за тобой, несмотря на «костюмы», — говорю я, качая головой и произнеся «совершенно не жаль» через комнату Ною.
— Ты так раздражаешь, Эйден, — говорит она мне.
— Признай, что твой день рождение не был бы таким без банана.
Банан был ежегодной традицией с девятого класса старшей школы, когда я арендовал костюм банана, чтобы спеть Анни «С днём рождения!» во время ночёвки со всеми её друзьями. Полностью потратив все деньги, которые заработал, пока в течение двух недель косил газоны. Сестра была раздражена этим, что только побудило меня сделать это в следующем году, а затем каждый год после этого. Это была моя миссия, превзойти банановый опыт каждый раз. Это практически мой братский долг.
Она громко вздыхает.
— Прекрасно. Без банана всё было бы не так. Но серьёзно, у тебя скоро закончатся способы опозорить меня, приятель.
— Это никогда не произойдёт, Анни Бананни.
— Да, он всегда будет закономерно смущающим, — вставляет Ной. — С днём рождения, кстати.
— Это правда, — добавляю я. — Прости. Ты навсегда застряла в том, чтобы быть униженной, только потому, что ты моя родственница.
Анни стонет.
— Великолепно. Спасибо, что дал мне то, что я с нетерпением буду ожидать всю оставшуюся жизнь. — Она громко вздыхает, а затем её голос смягчается. — Кроме того, мама всегда считала банан смешным.
Ной прочищает горло и встаёт, воспринимая упоминание Анни о матери, как сигнал, чтобы уйти.
— Я должен идти. Мой подарок отправлен по почте, малышка.
— Надеюсь, это не банан! — выкрикивает Анни.
— Тебе следует волноваться об этом лишь от своего брата, — произносит он, прежде чем выйти из комнаты.
Я отключаю громкую связь с Анни, прикладывая телефон к уху, пока поднимаюсь наверх.
— У тебя было хреновое время с твоим днем рождения, не так ли, детка?
— Знаешь, без мамы всегда тяжело, — говорит сестра.
— Понимаешь, я не могу сейчас перестать делать все эти банановые штуки. Это было бы неправильно.