Конечно, я никогда не интересовался такой девушкой, как Грейс Салливан. Она не из моей лиги, это точно — гораздо выше лиг тех женщин, с которыми я когда-либо встречался — умнее, красивее и просто чертовски шикарнее.
Кроме того, она напряжена, и все знают, что напряжённые девушки самые дикие в постели. Их просто нужно немного подтолкнуть. И я тот, кто даст ей этот толчок.
В отличие от Ноя. На первый взгляд, он больше похож на Грейс — занудный, умный и чертовски серьёзный, но именно поэтому он не подходит ей. Кроме того, я даже не помню, когда он в последний раз был с девушкой. Он помешан на футболе. Есть «работай усердно, играй усердно» — это моя философия, а есть «работай всё грёбаное время», который является девизом жизни Ноя.
Такой девушке, как Грейс Салливан, нужен кто-то, кто поможет ей освободиться. Итак, конкуренция? В моих глазах нет конкуренции. Эта гонка уже выиграна.
Мама Эшби смотрит на меня скептически.
— За что вы соревнуетесь? У вас межсезонье, и вы уже подписали контракт.
— Это мой подарок? — Анни прерывает меня, неосознанно позволяя мне увернуться от ответа. Не дожидаясь моего согласия, она выхватывает папку из моих рук и открывает ее.
— Ладно, угощайся, — саркастически говорю я.
Анни смотрит на папку, потом на меня.
— Не может быть.
— Это не настоящее, — объясняю я. — В турфирме просто дали мне это, чтобы у меня было что-то, чтобы подарить тебе, и это было менее глупым, чем просто сказать: «Вот, я купил тебе билет на самолет».
— Билет на самолет? Куда он тебя посылает? — спрашивает Бесс, уперев руку в бедро.
— Европа! — Анни бежит ко мне, врезается в меня и обнимает за шею, прежде чем я успеваю ответить.
— Полагаю, ты этому рада?
— Ты серьёзно? Это как билет с открытой датой! — кричит Анни. — Ты велел ему купить это, Ной?
Ной улыбается впервые с тех пор, как мы попали сюда.
— Нет, не говорил. Но я рад, что он увидел причину и нашёл её для тебя. Ты отлично проведёшь время.
— Боже мой! Я должна позвонить Лукасу и Эвери. Они будут в восторге. Они уезжают через три недели. Дерьмо. Ресторан меня не отпустит.
— Я уже поговорил с твоим менеджером, — говорю я ей. — Кроме того, ты идёшь в выпускной класс. Ты не должна работать в ресторане. Ты должна найти какую-нибудь работу совместимую с учебой или, по крайней мере, что-то, что поможет тебе получить работу после колледжа. Это то, что Ной говорит мне, и ты должна слушать его, так как он окончил колледж с какой-то-там-хренью.
— Следи за своим языком! — кричит Бесс. — То, что ты уже взрослый, не значит, что ты можешь произносить слово на букву «х» в моём доме.
— Да, мэм, — отвечаю я, опустив голову.
— С отличием, — поправляет Ной.
Я фыркаю при слове сперма (прим. с лат. Magna cum laude – с отличием, а в англ. слово cum означает сперма).
— Спасибо, Эйден! — завизжала Анни, уже пересекая гостиную и направляясь к входной двери с телефоном в руке. Она распахивает входную дверь, чуть не сбивая с ног отца Ноя Пола. Она обнимает его одной рукой, прижимая телефон к уху.
— Куда ты собралась, девочка? — спрашивает Пол.
— В Европу! — восклицает она, прежде чем выскочить за дверь.
Пол поднимает брови и качает головой, снимая рабочие ботинки. Он всё ещё в комбинезоне из магазина, смазка покрывает его татуированные предплечья. Зайдя на кухню, он, как всегда, направляется прямо к Бесс.
Бесс смеётся, когда он обнимает её за талию, игриво отмахиваясь от него.
— Убери от меня свои грязные руки. Иди умойся.
— Тебе повезло, что я не оставил жирный отпечаток руки на твоей заднице, женщина.
Бесс ахает в притворном удивлении и бьёт его кухонным полотенцем.
— Пол Эшби, что на тебя нашло?
Пол поворачивается ко мне.
— Твоя сестра едет в Европу с розовыми волосами?
Я пожимаю плечами.
— Сейчас ей двадцать один. Я не могу с ней спорить. Она хотела поехать на два месяца с друзьями.
Пол качает головой, преувеличенно вздыхая.
— Дети, — говорит он и смотрит через комнату на Ноя. — Что ты там делаешь, игнорируя всех?
— Я хотел поздороваться, но ты не дал мне вставить ни слова, — говорит Ной.
— Эти двое из-за чего-то ссорятся, — говорит Бесс, глядя на Пола.
— Никто ни из-за чего не ссорится, — рычит Ной.
Бесс поднимает брови.
— Угу.
— О Господи! — Пол закатывает глаза. — Ничего не сломайте.
— Мы не пострадаем, — заверяю я его.
— Я не беспокоился о вас двоих. Я беспокоился о своей мебели.