Ной даёт «пять» мальчику.
— Хорошая философия, Луи.
Я смотрю на Ноя, который, кажется, ничего не замечает.
— Никакой ненормативной лексики.
— Что? — ребёнок протестует. — Это то, что говорит моя мама.
— Твоя мама — мудрая женщина, — добавляет Ной.
— Да. Знаю. Ты собираешься помогать убирать стойла?
— Ты с ума сошел? — выпаливает Ной.
— Так ты собираешься просто смотреть, как мы это делаем?
— Совершенно верно. Я буду стоять здесь и наслаждаться чашкой кофе, потому что именно так учил меня мой отец. Круг жизни, чувак. Я отмотал своё время, убирая стойла. Теперь твоя очередь.
— Хм. Я думал, ты должен быть обычным парнем, а не заносчивым спортсменом, — ворчит Луи. — Но думаю, что как только ты разбогатеешь, ты станешь слишком хорош для таких вещей.
Ной стонет и театрально закатывает глаза.
— Прекрасно. Сходи за двумя вилами. И ещё — найди своего подельника, Спенсера. Но ты же знаешь, что ты заноза в заднице, Луи.
— Ной! — восклицаю я, широко раскрыв глаза.
Луи усмехается.
— Да! Я знал, что ты сдашься.
— Ты только что обвинил меня в том, что я разгребаю с тобой дерьмо? — спрашивает Ной.
Улыбка Луи становится еще шире.
— Смирись с этим, дружище. Тебя обыграли.
Ной пытается удержаться от смеха.
— Убирайся отсюда. — Когда Луи убегает за лопатами, Ной качает головой. — Он настоящий манипулятор.
— Ты не можешь называть его занозой в заднице, — говорю я ему.
— А почему бы и нет? — спрашивает Ной, тупо глядя на меня. — Я назвал его занозой в заднице, потому что он мне нравится. И потому что он заноза в заднице.
— Во-первых, это ненормативная лексика, а мы не употребляем ненормативную лексику в лагере. Во-вторых, ты не можешь просто так обзывать детей.
— Он назвал меня ослом вчера, когда мы встретились, — протестует Ной. — Я совершенно уверен, что не задеваю его чувств и не подвергаю его сквернословию, которого он еще не знает.
— Ну, по крайней мере, у него есть точная оценка тебя.
— Видишь? Ты согласилась, что я осёл, а я тебе нравлюсь.
Я поднимаю брови.
— Ты мне нравишься?
— О, пожалуйста. Не притворяйся, что не понимаешь, — усмехается Ной.
Я подхожу ближе к нему, понизив голос до шепота, и наклоняюсь.
— Да. Ничто так не возбуждает меня, как мужчина, который вяжет мне носки.
— Ооо… — Ной отступает на шаг, качая головой и смеясь, и складывает руки на груди. — Поразила в самое уязвимое место. Я думал, мы договорились никогда больше не говорить об этом.
— Я же сказала, что никому не скажу. Но не обещала никогда не говорить об этом.
Луи и Спенсер прерывают его, подходя с вилами в руках.
— Давай покончим с этим, — говорит Луи, закатывая глаза.
Ной прогоняет детей к стойлу, останавливаясь на секунду, чтобы прошептать мне на ухо, прежде чем пройти мимо.
— Если от вязания носков ты станешь мокрой, милая, я свяжу для тебя целый чёртов гардероб.
19
Эйден
— Надеюсь, ты не возражаешь, если я воспользуюсь кухней, — говорит Грейс, поднимая взгляд от стола, где она нарезает овощи. — Дети готовят еду на костре, и я просто не могу смириться с перспективой хот-догов на ужин.
— Это дом Ноя, так что я разрешаю тебе использовать все, что ты захочешь.
Она смеётся, перекладывая овощи с разделочной доски в миску.
— Кстати, а где твой сосед по комнате?
— В спортзале. — Меня раздражает, что ей не всё равно, где Ной. Не хочу показаться слишком высокомерным, но я не привык, чтобы девушки не западали на меня. Я богат, хорошо сложен и футболист; у меня нет проблем с женщинами. Но Грейс не похожа на девушек, которые обычно бросаются на меня.
Она, кажется, не замечает моего раздражения, и трудно оставаться таковым, когда она бросает ещё один перец и перекладывает его с разделочной доски в миску, выглядя чертовски очаровательно в тёмно-синей юбке и белой футболке, её волосы собраны в высокий хвост.
Мне приходится отвести от неё взгляд, потому что если я продолжу пялиться на неё, то начну думать о том, чтобы бросить её прямо на эту стойку и спрятать лицо под юбкой. И если я начну думать об этом…
Дерьмо. Мой член теперь твёрд. Я прикрываю его, проскальзывая в одно из высоких кресел за гранитной столешницей.
— Я посмотрела на Уэст-Бенд, — произносит Грейс.
— Я думал, у тебя нет привычки искать в интернете.
Она усмехается.
— Я не искала вас, ребята, — протестует она. — Только фотографии Уэст-Бенд. Мне было любопытно, была ли я там со своим отцом. Кстати, была. Я узнала главную улицу.