— Я слышал об этом, почтенный, — прошелестел Хикоко. — Особенно поразил меня рассказ о загадочном жителе разрушенного города Юмэ по имени Кассий…
— Он погиб, — проскрипел Старейший.
— И об этом я слышал, — молвил Призрак Огня. — Но помощь его была неоценимой. Без неё ни одна живая душа не смогла бы покинуть город, обречённый на смерть. Мне показалось, что сейчас опасность грозит всему живому, что населяет этот мир, и не только. Не смею указывать тебе, но принцип невмешательства сегодня — это гибель завтра.
Карлик пристально разглядывал что-то у себя под ногами.
— Ладно, — нехотя сказал он. — Ты поймал меня на слове, Ходэми. Пожалуй, мы поможем тебе, если, конечно, получится. У меня два условия…
— Назови их!
— Первое — я должен поговорить со своим народом. Если они не согласятся помогать вам, я не вправе принуждать их к этой работе.
— Принимаю. А второе?
— Второе — если получится восстановить твой артефакт, то не отдавай его людям сразу. Давай подождём, посмотрим, смогут ли они победить Братство Штейн. Если победят люди из Хризолитового Круга, то им можно отдать любой артефакт со спокойной совестью. Но если верх возьмёт Братство…
— В этом случае отдавать анкх будет некому, Братство уничтожит тех, кому я обещал помощь, — закончил мысль Хикоко Ходэми.
— В этом случае какие-нибудь люди всё равно останутся на поверхности, — поправил его Карлик. — Но я предлагаю не отдавать тогда этот чудный артефакт им. Нам он самим понадобится…
— То есть?
— Считаю, что в случае победы Братства Штейн и моему, и твоему народу надлежит покинуть этот мир…
Глава 119. Настоящие Посвящённые
Глядя на Нелли, улыбающуюся во весь рот, Мелис искренне обрадовался:
— Как же я рад тебя видеть!
— Давно не виделись! — захохотала Нелл. — Минут пять, а может, и все десять! Смотрели сны у заколдованного колодца!
При упоминании о колодце Мелис мгновенно посерьёзнел:
— Кстати, о снах… Мне кажется, это были ответы на наши вопросы.
Весёлость Нелли тоже куда-то улетучилась:
— Не понимаю, какие ответы ты смог получить, по-моему, это именно нам задавали вопросы… И я даже не знаю, как я на них ответила…
Позади них раздался шелест травы под чьими-то шагами. Молодые люди быстро обернулись. По другую сторону колодца стоял Серебристый Кентавр, хранитель долины Домиэль.
— Вы звали меня, и я пришёл, — произнёс он.
— Звали? — эхом отозвалась Нелли.
— Вам были заданы вопросы, — невозмутимо продолжал Хранитель Долины, — и вы ответили на них. Теперь вам нужна моя помощь, чтобы выйти в то место и время, откуда вы пришли…
— Можно спросить? — робко сказал Мелис.
Кентавр пристально взглянул на него своими зеленоватыми глазами:
— Спрашивай. Ты, действительно, настоящий Посвящённый, и ты имеешь право спрашивать.
Мелис нервно сглотнул и произнёс:
— А почему нам задавали вопросы? И кто это делал?
Нелли искоса глянула на Мелиса. Во даёт! Да, собственно, какая ему разница!
Кентавр, видимо, так не считал. Он спокойно ответил:
— Сложилось так, что сегодня Хранители должны проверять тех, кто может дойти в Долину Домиэль…
— Что за Хранители? — Нелли умудрилась невежливо перебить даже такое загадочное существо, как Кентавр.
— Нелли, подожди, дай послушать, — прошипел ей на ухо недовольный Мелис и обратился к Кентавру. — Пожалуйста, продолжайте.
— Благодарю вас, юноша. Раньше, двести лет назад, Менгир мог идти прямиком в Долину Домиэль, но за последние, м-м-м, лет двадцать, а, может, и больше, было сделано слишком много ошибок…
Кентавр замолчал, ожидая дальнейших вопросов, и они не замедлили себя ждать.
— Почему именно за двадцать лет? — не могла понять Нелли. — И что за ошибки вы имеете в виду?
— Сегодня никто не может попасть в самое сердце мира, не заглянув в себя. Вы должны быть уверены, что выбираете верную дорогу. И я тоже должен быть в этом уверен.
— Мы не выбираем дорогу, — начал было Мелис.
Но Кентавр не дал ему договорить:
— Да, я знаю, вы считаете, что дорога идёт через нас. Но помните, что на любой дороге бывают повороты и перекрёстки. И дальнейшая судьба этого (а может, и не только этого) мира зависит от того, куда вы направитесь. Ваш дед, Алиас, свернул в своё время не туда, а Мортаг, ваш отец, сбился с пути в самом начале…
Глава 120. Назад, к незавершённым делам
— Так, значит, вы испытывали Мелиса оттого, что его дед и отец пошли неверной дорогой? — полюбопытствовала Нелли. — Он тоже мог пойти по кривой дорожке?
Мелис ужасно смутился. Он даже покраснел, когда Кентавр ответил:
— Именно так. Разве вы не замечали, как он похож на отца? И не только внешне — это было бы ещё полбеды.
— Ну, вообще-то, замечала, — протянула Нелли, не обращая внимания, как возмущённо округляются губы Мелиса. — Он иногда так говорит… Ну, как приказывает. Такой властный делается, что даже старшие его слушают…
— Неправда, — едва выдавил из себя юноша, — наверняка, не от этого…
— От этого, от этого, мой ты красноречивый, — насмешливо сказала Нелл.
Кентавр склонил голову набок, словно впервые в жизни увидел Мелиса:
— Говорите, он становится властным? — переспросил он. — Или просто спокойным и уверенным в себе?
Мелис в отчаянии переводил взгляд с Нелли на Кентавра. Надо же! Из-за пустой болтовни его, может быть, не допустят в Долину Домиэль! Сейчас он уже не вспоминал о том, что около года назад с ужасом думал о походе в Долину.
— Как бы то ни было, — продолжил Кентавр, словно не замечая чувств, которые обуревали молодого человека, — он с честью прошёл испытание. Мелис заглянул в себя и не испугался того, что увидел…
При этих словах Мелис снова покраснел. Не испугался, как же! Он не испугался, а ужаснулся! Может, стоит сказать об этом Кентавру прямо сейчас, пока не поздно?
— Мелис не испугался, — мягко повторил Кентавр. — Он остался самим собой. И всегда останется таким.
Юноше стало так жарко от похвалы, что, наверное, трава возле его ног задымилась бы, если бы не была волшебной. Нелли откровенно радовалась:
— Таким и останется, говорите? Это хорошо…
— Конечно, хорошо, — согласился Кентавр, — ведь ты любишь его именно таким…
Мелис возрадовался ещё больше, зато Нелли немедленно упёрла руки в бока и ощетинилась:
— Я? Его? Этого… Этого… Ну, знаете ли! И не воображай о себе невесть что! — это уже относилось к Мелису.
Мелиса обдала жаркая волна счастья. Он блаженно кивнул головой:
— Хорошо, не буду… Воображать.
Нелли, по-видимому, тоже суждено было всегда оставаться самой собой. Она снова повернулась к Кентавру:
— А что насчёт меня? Как я сдала этот экзамен?
— Что ж, у тебя выбор был гораздо более широким, чем у Мелиса. Хотя, если разобраться, то не таким привлекательным…
— Не понимаю, — отозвалась девушка. — Я могла бы вернуться домой, на Землю?
— В некотором роде. Ты покинула бы Сариссу и оказалась дома.
— Класс!
Но Мелис не находил в этом класса. Более того, он выглядел обеспокоенным.
— Нелли, но ведь твоя мама говорила, что в своем мире вы…
— Ну, договаривай, чего тянешь, — процедила девушка в лучших торментировских традициях, наверное, оттого, что сама знала ответ.
— Там вы умерли, — смог закончить фразу Мелис.
— Может, меня бы вернули в тот момент, когда мы ещё были живы, — заспорила Нелли. — Но я всё равно не понимаю, в чём тут фишка.
— Фишка, как ты выражаешься, в том, — продолжил Кентавр, — что ты оказалась бы дома мёртвой. Ты видела, что там теперь.
Нелли невольно поёжилась.
— Тем не менее, там, в своих грёзах, ты точно сказала, что вам с Мелисом следует делать, поэтому я вернул тебя сюда.
— Да? Я что-то такое сказала? — у Нелли был ошарашенный вид.