Пришлось вспомнить, что я профессионал, и загнать непрошенные эмоции поглубже.
— Где мы должны встретиться? — спросил Шиндари, не забывая посматривать по сторонам. Прочим туристам он должен был казаться таким же любопытствующим. Мне же упорно мерещилось в его движениях сканирование местности.
Хотя почему мерещилось?..
— Возле океанариума. Он будет ждать нас там.
Я внутренне собралась. Фобия решила разыграться совершенно не вовремя и не к месту. И хотя я ждала ее проявления и готовилась, удостовериться в собственной психологической уязвимости было весьма неприятно.
Рато числился консультантом при магазинчике редкостей, за много лет на Эдеме оброс кучей полезных связей, и выглядел как мой оживший ночной кошмар.
Причем еще несколько лет назад к расе мусов я относилась с тем же равнодушием, что и к прочим разумным обитателям Содружества. Но встреча с их отдаленными неразумными сородичами оставила незабываемые впечатления и фантомную боль в руке.
Дружные восхищенные вздохи экзальтированных дамочек привлекли мое внимание. Я наконец прислушалась к экскурсоводу и внимательнее присмотрелась к экспонатам.
— Эти очаровательные создания — няши с закрытой планеты Ц189. Не смотрите на милую внешность, на самом деле они стайные хищники!
Меня передернуло. Падальщики они, а не хищники! Даже слоноподобные октопоиды казались мне более милыми, чем эти знакомые с детства зверьки.
… Шестому мы прозвище дать не успели.
Он не вернулся с очередного урока. Подорвался на растяжке, расплатился за невнимательность и неосторожность. Тогда ловушки наши учителя все еще маскировали так, чтобы мы могли их найти.
Нас, испуганных и растерянных, вернувшихся с урока раньше времени, строго отчитали. Андроид с безжизненными окулярами, в которых прятались датчики света и движения, и голосом Наставника назначил наказание — вернуть тело Шестого на базу и самостоятельно похоронить. Мы не должны оставлять следов и зацепок. А тело одного из нас — та еще улика!
Кажется, нам тогда было лет по десять. Или больше?
Меньше?..
Мы его нашли, Шестого, изуродованного, обожженного, так непохожего на себя живого. Но тело забрать сразу не смогли, и не потому, что боялись. Сначала от него пришлось отогнать стайку няш, с удовольствием лакомившихся мягкой требухой. Они огрызались, скалили острые зубы, персиковая шерсть их слиплась от перемазавшей ее крови в некрасивые сосульки.
Задание мы выполнили. А к милым пушистикам я с тех пор отношусь с недоверием.
31
Рато, как и договаривались, ждал нас у входа в океанариум и с неподдельным интересом изучал информацию на голоэкране, на котором мелькали его монстроподобные обитатели.
— Ой, — пискнула Лайри, рассмотрев нашего информатора. — Кто это?
К счастью, спрашивать вслух, не сбежал ли он из какого-нибудь вольера, она не стала. Рато любил деньги, но обидевшись, мог и отказать клиенту, потом простить, но запросить вдвое больше.
— Мус, — ответил за меня Шиндари. — Они где только не живут. Своих колоний у них нет, предпочитают прилепиться к кому-нибудь и оказывать разнообразные услуги.
Лайри понятливо кивнула и старалась не пялиться на нашего информатора. Получалось не очень хорошо.
Метра полтора ростом, покрытый короткой серой шерсткой поверх бледной сморщенной кожи, он напоминал то ли крысу, то ли хомяка, нарядившегося в комбинезон со множеством карманов.
— Как давно мы не виделись, — сказал вместо приветствия мус, когда мы подошли ближе. — И как жаль, что это прекрасное время все же закончилось.
— Взаимно, разоритель, — прозвучало это, как оскорбление, но мус расцвел и довольно огладил упитанный хомячий живот. Рато гордился тем, что несмотря на дороговизну его услуг, серьезные люди предпочитали обращаться именно к нему.
— Так что же тебе нужно в этот раз, м?
— Мне — ничего. А вот моим знакомым хочется кое-что узнать. Я в данном случае лишь посредник.
— Надеюсь, ты возьмешь свой процент со сделки, — Рато поцокал языком, но ответа от меня не дождался. Я отвернулась, предоставляя нергитам свободу, даже сделала шаг в сторону, разглядывая ближайших ко мне обитателей зоопарка и его не менее разнообразных посетителей.