Закончив все дела, я подошел к двери и постучал. Ноль реакции.
– Эй, вертухай! Где я? Что это за место? – заорал я. В ответ – тишина. В желудке болезненно заурчало. Рассудив здраво, что держат же меня для чего-то, может быть, и поесть дадут. – Баланду хоть принеси. Жрать хочу, сил нет.
Снаружи послышались удаляющиеся шаги. Ага, значит, кто-то все-таки есть там. Вернется – попробую разговорить его.
Я сел на кровать и принялся ждать. Мысли крутились в голове одна бредовей другой, начиная от всемирного заговора масонов и заканчивая похищением инопланетянами. Плюнув в сердцах, я решил не заниматься ерундой, а ждать и только ждать. Кому я нужен-то, чтобы меня красть? Не такая уж и важная персона, а так, может быть, чего и узнаю.
Через несколько минут послышались приближающиеся шаги. Над полом открылась задвижка, и в камеру въехал лоток с едой. Я не успел посмотреть, что за дверью, задвижка закрылась.
Печально, но нет худа без добра. Я с жадностью набросился на еду. Пища показалась мне изысканно вкусной, то ли с голодухи, то ли, в самом деле, ее вырастили на плодородной земле без примесей химии и приготовили по тем рецептам, откуда я родом, где нет еще генно-модифицированных продуктов. Я отставил пустой поднос и присел на кровать.
– Слышь, начальник. Вы кто такие? – спросил я.
Самое время включить пластинку стандартных вопросов типа: «Ты знаешь кто я?», «Ты знаешь, во что вы ввязались?», но здесь это не прокатит. Если держат меня в таком помещении, то инфа у них обо мне самая полная. Ладно.
– Молчать будешь? Хорошо, – я притянул лоток к себе и начал концерт. – А-а-а голуби летят над нашей зоной, а-а-а голубям нигде преградок не-ет, – за стеной послышалась какая-то возня. Я решил повысить громкость, при этом усерднее колотя подносом об край кровати. Музыкальное сопровождение не бог весть что, да и ритма никакого, но зато душевно. – Как бы мне хотелось с голубями, на-а-а другую землю улететь…
Тут дверь распахнулась, и на меня воззрился угрюмый мужик с занесенной рукой. Ну, вот оно, сейчас кинется, и разберемся, подумал я. Ага, как же. Ха-ха три раза. Все что я успел увидеть за его спиной, это такую же белую стену, выложенную кафелем, прежде чем меня скрутила острая боль. Вот сука, из электрошокера долбанул. Тело скрутило судорогами, я свалился с кровати на пол. Казалось, суставы хрустят, выворачиваясь наизнанку. Горло свело спазмом, так что я даже матюгнуться толком не мог. Мог только хрипеть.
Посмотрев на то, как я корчусь на полу, мужик пробурчал:
– Мурло закрой, певун хренов. Принес тебя черт на мою смену.
И захлопнул дверь. Через пару минут спазмы отпустили мое тело. Я бессильно залез на кровать и растянулся во весь рост. Блаженство…
Умею я, однако, друзей заводит, ничего не скажешь. Ничего не узнал, но зато люлей навешали. Хоть скуку развеял. Я улыбнулся, кажется, я уже говорил, что я ненормальный? Нет? Ну, так вот, я…
– И стоило оно того, молодой человек? – эхом прокатился голос по всему боксу. – Чего вы этим добились? Хотя, скажу вам честно, многих моих коллег вы рассмешили, с юмором у нас тут туговато.
Я подскочил и завертелся на кровати. От дурак, у них тут по-ходу везде микрофоны, да и камеры, наверное, стоят. Ладно. Смейтесь, смейтесь...
– Вы кто? Где я? И вообще, какого дьявола вы со мной творите?
– Вы в экспериментальном боксе для подопытных, расположенном в отделе лабораторий, в убежище номер 174. Если вам это так важно, сегодня 21 февраля 2117 года.
Мама дорогая…
– Чего? Какого года? Слышь, профессор, кто сегодня курил? Ты или твоя аппаратура? Какой бокс? На мне что, опыты ставили?
Голос из динамиком лился чистый, без помех. Видно с аппаратурой у них все наложено на отлично.
– К сожалению, молодой человек – это правда. Нет, опыты мы над вами не ставили, не стоит губить такой уникальный материал. Через некоторое время я вышлю за вами своих людей. Надеюсь, вы не будете сопротивляться. Они приведут вас ко мне, и мы с вами поговорим. Всегда приятно общение вживую, чем через технические приспособления. Вы согласны?
Ты посмотри, прям сама доброта. Истинный палач.
– А у меня есть выбор?