– Они могли бы взять под контроль разум.… Ну, двух-трех человек и перебить остальных.
– Могли бы, но они не тупые зверюги, это чересчур умные твари. Согласись, до этого по мосту прошла группа людей, затем идет еще одна в ту же сторону. Куда они идут? Наверно, там есть еще люди, есть еще пища? Помнишь, как ты очнулся от контроля? Как это у тебя вообще получилось?
Я помнил, отчетливо помнил то видение, посетившее меня, после чего я очнулся.
– Сам не знаю. Голова резко заболела и я обнаружил перед собой парочку удивленных рож мутов, опешивших от того, что консерва вскрылась раньше времени.
Принцесса слабо улыбнулась и подала мне один из вертелов. Мясо готово. Я с жадностью впился зубами в жаркое. В голове проскользнула мыслишка о том, что жрали эти твари, при жизни, но ударом ноги я вышвырнул ее из черепа. Шеар сказала: можно есть, значит хаваем.
Следующие пять минут было слышно только пережевывание мягких и на удивление вкусных волокон мяса.
– Вкусно, спасибо тебе, – я бросил дочиста обглоданные кости в огонь и набросил на нас второй спальник.
Принцесса цивилизованно обглодала последние косточки своего залгрыза, аккуратно выбросила их в костер и прижалась ко мне.
– Первый раз в своей жизни развела огонь. Раз двадцать наверное не получалось, но тебе нужно было тепло. Да, – принцесса невольно задумалась над чем-то, смотря в огонь. Я заметил, как в ее зрачках отражаются пляшущие язычки пламени и не торопил ее. – Да, мне пришлось тогда тебя отключить. Прости, я причинила тебе боль, но так было нужно.
– Ничего, – пробормотал я, поглаживая густые, пепельно-серые волосы сидящей рядом девушки. Ведь она женщина, черт побери. Каким бы она ни была воином, суровым и жестким снаружи, внутри она хрупкое, нежное создание, которому тоже иногда нужно об кого-то опереться, за кого-то спрятаться.
– Я думаю, мы были у них в плену несколько дней. Потом они проголодались и решили нас сожрать. Поэтому нам никто не помог. Понимаешь, нас дурманили несколько дней, а еще, нам повезло, что основная часть этих менталов, скорее всего, отправилась по следам ушедшего отряда. Остаток разделился на две стороны. Я думаю, с той стороны моста тоже кто-то из них остался. Я не знаю, как нам переправится на тот берег.
Я ошарашено слушал принцессу. Твою-то налево, несколько дней. Еще несколько чертовых дней я потратил впустую. Дьявол! Мне нужно на ту сторону. Что же, что же… Точно!
– Шеар, ты не ранена? С тобой все в порядке?
Девушка всхлипнула носом и вытерла рукой светлые дорожки слез на грязных щеках. Бедная…
– Нет, со мной все в порядке, только небольшой порез на шее, а вот что с тобой было. Сначала я думала: ты умрешь, но потом, вспомнив, как ты восстановился после тех руин, в мертвых пустошах, я надеялась и вот. На тебе почти все зажило.
Я усмехнулся.
– Все да не все. Вот, нога все еще болит, – я осторожно постучал пальцем по левой ноге.
Девушка хмыкнула.
– Не удивительно, эта тварь у тебя почти полбедра вырвала с мясом. В ране даже кость была видна…
– Стоп, – я поднял руку, останавливая принцессу. Ой, ты ж мама родная. Что же все-таки со мной сделали эти чертовы Хранители? – Подробностей не нужно, главное, чтобы я мог ходить.
– Ходить? Ты придумал, как нам перейти на той берег?
– Да, – я кивнул. – Мы спустимся в метро.
– В м…мэтро? Что это?
– Увидишь.… Но завтра, а сейчас спи. Переждем ночь здесь, я покараулю.
Девушка серьезно кивнула, подбросила веток в костер и плотнее прижалась ко мне. Я удобно разместил катаны под рукой, готовый в любой момент обнажить их. Нога по-прежнему ныла, напоминая о страшной ране. Ничего, до свадьбы заживет…
Я криво усмехнулся. Метро, хм, я опять иду на верную смерть и более того, тащу за собой дорогого мне человека. Господи, если ты меня слышишь, сбереги ее, прошу тебя. Пусть ценой моей жизни, но сбереги.
Хмурое, свинцовое небо, к которому я обратил свой взор, осталось таким же мрачным и угрюмым. Ничего не произошло. Он не ответил мне. Впрочем, как и всегда…
***
– Это и есть вход?
– Угу.
Мы стояли перед спуском в то, что некогда, было станцией, под названием «Цветной бульвар». Память о прошлом моего города никуда не исчезла, и я точно знал, что если ветка под рекой сохранилась, то мы сможем переправиться. Только одно меня смущало: пролом в русле реки. Но если он не ведет в метро, иначе бы вся река уходила туда и выплескивалась изо всех выходов на поверхность, то вода наполнила какую-то полость и осталась там стоять. Просто опустилась. Чего только власти не нарыли в городах при жизни…