– Ты закрываешь глаза во время удара. Ты боишься.
– Я не боюсь, я ничего не боюсь, – вскрикнул я, вскакивая и сжимая руки.
Сидящий напротив меня парень улыбнулся.
– Плохо это, если не боишься. Страх помогает выжить, страх помогает думать, мыслить, а в бою, мозги важны куда как больше, чем грубая сила. Хотя, и без нее никуда. Понял?
– Да, – я устало присел и снова принялся растирать место удара.
– Но страх нужно контролировать. Именно этому я сейчас и учу тебя. Преодолей себя, смотри на опасность, чувствуй опасность, встречай опасность готовым. Тебе предстоит иметь дело с разными противниками, некоторые будут во много раз больше и сильнее тебя, поэтому твой шанс в ловкости, скорости. Доли секунды могут отделять победу от поражения, доли секунды, необходимые на то, чтобы моргнул не вовремя. Понял?
– Да, брат, я понял.
– Вот и хорошо, а теперь, давай попробуем еще раз. Вставай, отец смотрит. Помни, что я сказал: контролируй страх.
Я кивнул и занял прежнюю стойку, внимательно наблюдая за глазами напарника и фиксируя краем глаза положение его рук и ног.
Глаза оставались спокойными.
Хладнокровными…
Удар!
Ловкий, тяжелый кулак летит мне в живот.
Я не моргаю, я вижу, я чувствую.
Увожу кулак своим предплечьем, ныряю под руку и выскакиваю со спины.
Получилось! Я смог!
Отец, внимательно наблюдавший за нами, не изменившись в лице, развернулся и ушел. Он доволен.
– Хорошо, молодец. На сегодня все, пойдем, нужно помочь маме. И да, брат…
Артем подошел ко мне, его широкая ладонь легла мне на плечо.
– Никогда не лги семье. Семья – это святое…
… Я улыбнулся. Трупоеды. Но откуда они здесь?
Яростно верещавший мутант кинулся на меня, замахнувшись связанным пучком арматур. Отбивать такой, все равно, что пытаться руками танк остановить. Может, и получится, но рукам хана. Поэтому я успел поднырнуть под широкий замах, пропуская оружие над собой, и точным, экономным движением срубил голову твари. Слева ожесточенно рубился Снайпер, сразу с двумя. Помочь… Прыжок, полуоборот, минус еще один. Со вторым Снайпер расправился сам и кивнул мне, отблагодарив. Ничего, брат, сочтемся.
На меня навалился еще один, верещавший так, будто ему одно место в дверях прищемили и размахивающий перед моим носом чем-то, вроде заступа. Мощный удар сверху я отвел клинком в сторону, сам при этом, плавно сместившись в противоположную и распотрошил мута от паха до горла. Боевое верещание переросло в предсмертный хрип и труп начал плавно заваливаться на спину, но я этого уже не видел.
Я уже шел вперед.
Какой-то коротышка, с воплем, кинулся на меня, тыча перед собой, привязанной к древку, заточенной арматурой, этакое подобие копья. Я отвел удар в сторону и…
… копье скользнуло по мечу вниз и воткнулось мне в бок под немыслимым углом.
– Ошибка, Гартанг. Опять.
Мощный удар копьем выбил у меня землю из-под ног. Избитое тело вяло трепыхнулось, в ответ на приступ боли. Черт!
– Вставай, Гартанг, вставай.
Я, кряхтя, поднялся на ноги, сжимая в обеих руках по мечу и сплюнул на песок.
– Черт побери, Мастер, ну, не получается у меня, – в сердцах крикнул я и бросил мечи на песок.
Мастер угрюмым взглядом проводил падение коряво выструганных, для тренировок, мечей и перевел взгляд на меня.
– Раз не получается, то тогда иди, ступай отсюда, – проворчал старик, опираясь на копье и сверля меня тяжелым, злым взглядом. – Но помни, ты отпустил руки здесь, отпустишь и в другой ситуации. Ты уже не сможешь доверять себе.
– Один раз… – я попытался было возразить.
– Один раз! – жестко прервал меня Мастер. – Один раз оступился и все, конец. Чемпион никогда не оступается, никогда! Оступаться – это удел тех, кто идет за тобой. Тех, кого ты ведешь, но не тебя.
Мы стояли друг напротив друга, на большой площадке, в подвале здания. Песок приятно щекотал босые ступни, напоминая о пляже, лете, солнце.… Вот только сейчас за окном снег. Да и наши занятия ничего общего с отдыхом не имеют.