Со стороны это наверно выглядело очень жутко и одновременно комично, но профессор не смеялся. Он просто стоял рядом со мной, пока я разбивал свои руки в кровь, бессмысленно колотя по обломку бетона, на котором сидел. Нет, нет, нет!!! НЕТ! Удар, еще удар и еще… Физическая боль приглушала душевную.
Они все погибли. ВСЕ! Моя семья. Бедная моя семья, я не смог быть рядом с ними.
Мама, прости меня!
Я знаю, ты слышишь!!
Прости, прости!!!
Когда-то я слышал такое высказывание: «Отнимая жизнь у противника, помни – это не самое ценное, что ты можешь у него отнять» Тогда я не понял смысл этого выражения. Казалось бы, что может быть ценнее твоей собственной жизни? Очень жаль, что понимание истинной мудрости приходит так поздно …
И так страшно…
Я последний раз ударил по бетону и обессилено опустился на колени. Руки горели огнем, перед глазами все плыло. Я попытался вытереть слезы, но еще больше запачкал щеки: теперь на них появилась еще и кровь. Стоп, так дело не пойдет, возьми себя в руки…
– Дайте мне минуту, профессор.
– Хорошо, я пока отойду. Побудьте один, так лучше и пожалуйста, ни в коем случае не делайте опрометчивых поступков и никуда не уходите, – сказал ученый с жалостью в голосе, отошел на десяток метров и уселся на кучу земли, перемешанной с обломками кирпичей.
Успокоиться, взять себя в руки и проанализировать ситуацию. Я начал дышать медленно и глубоко. Разум прояснился, мысли выстроились в упорядоченную вереницу, сердце сбавило обороты. Все, я принял эту реальность такой, какая она есть. Я очень скептически отношусь к Богу, да и вообще к вере. Посещал церковь пару раз, не знаю ни одной молитвы, но тут первый раз в жизни я истинно помолился. Может быть, это была самая бессвязная и странная молитва, но она звучала искренне и шла от самого сердца. Я молился за упокой родных, мысленно просил у них прощения за всю боль, которую, я им доставил. Ведь, я все-таки был не очень хорошим сыном. Мысленно я призвал их образы перед собой, и они ожили в моей памяти как на старой фотографии, сделанной еще, когда я был маленький и переснятой мной потом на телефон.
Отец – суровый, но справедливый, его глаза всегда видели меня насквозь. Его мудрые, спокойные глаза. Может быть, это прозвучит и странно, но я люблю его намного больше чем мать. Мысленно я поправился: «…любил…» Это он научил меня быть мужчиной, его я всегда ставил себе в пример. Мысленно я поблагодарил его за все и простился.
Мама – самый главный человек в моей жизни. Она всегда знала, что я, где я и как я. Я всегда старался ее не расстраивать, но этого никогда не получалось. Бедная мама, сколько бед я тебе доставил. Мысленно я представил ее милое, доброе и настолько родное лицо, что не выдержал и застонал сквозь зубы. Прости меня мама за все, прости и… и прощай.
Брат. Я представил улыбающегося парнишку с фотографии: худощавого, с острым кадыком, с веселыми искорками в зеленых глазах и невольно сам улыбнулся. Он всегда был для меня нечто большим, не только братом, но и верным другом. Ему я мог поведать все свои тайны, поделиться секретами, спросить совета. Я вспомнил, как мы вместе воровали бензин из папиной машины для мотоцикла и тихо рассмеялся. Прощай. Мысленно я помахал ему рукой, а он мне козырнул и улыбнулся так, как умел улыбаться только он, не смотря на свою несладкую жизнь.
Сестра. Я вспомнил смеющуюся девчонку с фотографии с длинными, красивыми волосами и милым, детским лицом с веснушками. Мы очень часто ругались, иногда я просто ненавидел ее и не хотел видеть, но теперь я бы жизнь отдал, лишь бы снова услышать ее немного грустный и усталый голос. Какие же мы дураки были.… Прости меня, родная. Если сможешь – прости. Я тебя прощаю…
Люди с фотографии синхронно улыбнулись мне, развернулись и растворились в рассветной дымке. Улыбнувшись, я помахал им вслед. Я знал, они направились, туга, где я могу всегда их отыскать. Где они будут ждать меня вечно.
В моем сердце.
Ведь родные не уходят из твоей жизни никогда, они всегда рядом, поддерживают, утешают тебя, помогают тебе. Они всегда с тобой. Я открыл глаза, улыбнулся и поднялся на ноги.
– Ну что, профессор, спустимся в бункер, и вы мне еще раз все объясните. Хорошо?
Ученый кивнул, встал на ноги и направился к воротам. Я легко зашагал за ним.