Выбор сделан.
Глава 3. Нелегкие перспективы
– Ну, что же, профессор.… Кстати, вы не против того, что я вас так называю?
– Нисколько молодой человек, я абсолютно спокойно к этому отношусь. Если честно, для меня это даже чересчур почетно, – улыбнулся старый ученый.
Мы сидели на потрепанных стульях, за самодельным столом, в комнате, которая принадлежала семье профессора. Работал он в лабораториях. Обычный бетонный закуток с видавшей виды кроватью, скудной мебелью, тусклым светильником под потолком, но не смотря на грубую обстановку было видно, что за комнатой следит заботливая, женская рука. Я с удивлением обнаружил, что в старинном, с колоннами, шкафу три полки из пяти были забиты книгами. Должно быть, настоящее сокровище в сегодняшних условиях. Остальное место в шкафу занимали колбы, пробирки, коробки с какими-то препаратами… В общем, вещами непосредственно связанные с работой Бориса Александровича. В углу уютно устроилась древнее, но должно быть еще добротное кресло-качалка, с накинутой на спинку шалью, в некоторых местах прогрызенной молью, а на стене висела картина Айвазовского: корабль во время шторма. Несмотря на время, краски все так же блестели на старом холсте, и картина гордо взирала на угрюмые, бетонные стены своего узилища, невольно разжигая в зрителе самые безумные фантазии, сумасшедшие мысли и безнадежные мечты…
Хотя, почему безнадежные? Про постап раньше тоже писали только в фантастических романах, которые я так любил читать в детстве и вот, я здесь…
Старенький чайник на электрической плите вскипел и профессор, подхватив его перчаткой, споро разлил по кружкам кипяток, растворивший в себе местные травы, заменявшие аборигенам чай. Я осторожно отхлебнул марево и невольно скривился. Да уж, далеко не смородиновый чай, который мне когда-то давным-давно заваривала мама перед сном…
Ученый продолжил рассказывал мне о том, что случилось в последние годы: о войне, о ее последствиях, о будущих перспективах. Перспективы, честно говоря, не очень.… Даже мне, папуасу среди местных, это как-то сразу стало понятно, пока мы шли к жилым боксам. Люди выживали, как могли, а могли плохо. Во-первых, оружие. Такое ощущение, что я оказался не в будущем, а, наоборот, в прошлом. Угу, где-то в средние века… Мечи, копья, луки со стрелами… Курам на смех. Во-вторых, одежда: на многих были настолько драные одеяния, что мне даже стыдно стало за свою целехонькую форму подопытного, должно быть, случайно завалявшуюся на складе. Оборванцы, честное слово…
А откуда они топливо для выработки электричества добывают? Свет был везде, где я успел побывать. Тусклый, иногда мигал, но был. А лампочки, провода, расходный материал… Откуда все это взять? А дерево для мебели, дров, оружия? И, в конце концов, еда. Хотя, с ней вроде бы порядок. Стоит вспомнить только тот обед в камере… Но какого труда стоит все это вырастить под землей? И наконец, самое главное: ведь уже хотя бы два поколения людей выросли под землей, никогда не видя солнца и неба над головой, а необходимое присутствие, да хотя бы, витамина D, в росте и развитии организма никто не отменял. Отсутствие его – прекрасная платформа для многих заболеваний среди маленьких, а раз есть больные, то нужны лекарства.… О, Господи.… У меня все это сразу вспыхнуло в голове, пока мы спускались в комнату профессора, и загнало в такой тупик, что не встать, не объехать. Со всеми этими вопросами я набросился на ученого, конечно, перед этим подобрав челюсть, от увиденной в комнате профессора картины и шкафчика с книгами. Я заметил проблеск удовлетворения в глазах пожилого человека, должно быть, картина и книги были для него, своего рода, сокровищем, гордостью, и вот что мне поведал профессор.
На нижнем этаже функционировали автономные источники добычи, очистки и переработки воды и нефти до сих пор, не подводили. Строили на совесть, да и запасные детали были расположены тут же, на складах. Сложные системы очистки воздуха тоже работали, хоть фильтры и заменяли уже несколько раз, но их научились изготавливать самостоятельно, из подручных средств. Частенько бывали перебои с электричеством, но потом все стабилизировалось, тем более стали использовать древесину, приносимую с поверхности. На нижних уровнях бункера были построены специальные фермы, для обеспечения убежища пищей. С горем пополам справлялись. Проблемой только было лекарство и оружие. Собственные запасы заканчивались, альтернатив не было.