– Отпусти ее.
– Че ты, мля, сказал? – высказался самый здоровый в их шайке. Главарь, наверно, хотя он и вел себя более прилично и был более трезвым.
– Просто отпусти ее, – сказал я уставшим голосом, глядя на него спокойно, открыто.
Здоровячок нагло ухмыльнулся и сплюнул сквозь зубы на пол. В салоне повисла мертвая тишина. Остальные пассажиры уставились в окна, как будто там показывали самое интересное представление всей их жизни, стараясь как можно больше отгородиться от грязи, разливающейся рядом с ними. Это их выбор и никто вправе их осуждать.
А это мой...
С криком «На, сука!» на меня кинулся четвертый член коллектива – шестерка. Пропускаю мимо себя, ребром ладони по затылку и головой об поручень. До боли знакомый хруст. Ого, кажется у кого-то перелом. Парень валится кулем на пол. Шок. Есть один.
С рыком те двое, кто лапал девушку, вскакивают и бросаются на меня. Бедняжка с визгом летит на пол. Ничего: помоем, почистим, что нужно залечим и будет как новенькая. У меня же проблемы серьезнее. Я нисколько не мастер разных восточных единоборств, и прочих школ. Меня воспитала улица, пожалуй, наиболее жесткая и суровая школа. Ведь у каждой школы есть свои правила. Кроме улицы…
Резкий удар ногой одному в пах, как будто хочешь располовинить соперника надвое (спасибо Дмитрию Силлову, начитался). Минус один. В голове пролетело: «… мало половин мало-мало половин..»
Ааааа…
Ну почему такое в голове задерживается, а? Там итак мусора много.… Второй перепрыгивает и бросается на меня с поднятыми, для захвата руками. Чудак человек, это же драка, а не обнимашки. Ногой по голени, под колено и напоследок со всего размаху по темечку. Хорошо приложил. Где-то я читал, не помню где: «…учили меня, бить, а не драться, как говорится второй раз по крышке гроба…» Так: четыре минус три, с математикой у меня всегда было все отлично, остаток один. Согласитесь: один к одному уже лучше, чем четыре на одного.
Я перевел взгляд на последнего. Парень нервно сглотнул. В мелко подрагивающих руках холодным металлом блестел серебристый балисонг. Невольно я залюбовался этим произведением искусства от известной во всем мире ножевой фирмы Cold Steel. Один из лучших представителей своего класса. Но каким бы опасным не было оружие, главное – рука его направляющая. Мои глаза встретились с полными замешательства и страха глазами парня. Что ж, рука мне известна…
– Не нужно, пожалуйста, – спокойно проговорил я. Троллейбус остановился. – Твоя остановка.
Парень выскочил в едва открывшиеся двери и рванул по улице, громко вереща «Я тебя еще достану, сука» Посмотрим, посмотрим. Отступил, не теряя лица – вот как это называется. Это хорошо. Я вообще по жизни парень добрый, никого не трогаю, если меня не трогают. Остальную команду в полосатых пижамах я лично сопроводил на пешеходную дорожку рядом с остановкой, пусть отдохнут. Залез обратно – до Лехи было еще изрядно ехать, и окунулся в компанию рассыпающейся в благодарностях кондукторши.
– Спасибо вам, большое спасибо. Совсем подростки наглые пошли, ничего не боятся, – тараторит девушка, а сама на меня так и зыркает своими большими глазами. Ух-х-х, был бы я… А-а-а-а, что уж там…
– Ага, – говорю ей. – В следующий раз бей сразу в пах или локтем в горло.
Девушка мило улыбнулась, видимо приняв это за шутку. Зря. Ей можно.
– Да, да. Правильно вы говорите. Но еще лучше, когда есть такой сильный парень как вы, который может не только себя защитить, но и свою подругу.
– Ага, красотка. Это хорошо, это очень хорошо, – говорю я, а сам думаю о другом, точнее о другой…
– А вы, что сегодня вечером делаете?
Вот ведь неугомонная.
– Да собственно, к другу вот еду. Потом спать, как детское время кончится.
Девушка весело рассмеялась, снова приняв это за шутку. Ну-ну…
– Ой, какой вы смешной, давайте как-нибудь встретимся, погуляем. Меня кстати Алина зовут.
Я легонько пожал протянутую мне узкую, прохладную ладонь с ярко-накрашенными, длинными ногтями.
– Игорь, очень приятно. Можно тогда ваш номерок?
– Пишите…