– Ладно, спасибо вам. Как Снайпер?
Профессор ухмыльнулся.
– Удивительно, но он быстро идет на поправку, даже чересчур быстро. Но не за него вам сейчас стоит переживать, а за себя. Я отправляю вас на склад за запчастями для агрегата по подаче воды. Скоро наши запасы иссякнут, и поэтому это шанс оправдать вас, вы понимаете это?
Я кивнул. Шанс слабоватый, но все же лучше, чем умирать от скуки в четырех стенах.
– Я понимаю это, Профессор, но скажите мне: кто все-таки совершил диверсию? Что вы думаете? Что нашли? Если это кто-то из чужих, то, возможно, скоро на убежище нападут.
Меня поддержала Саша.
– Я тоже так думаю. Раньше я не видела людей на поверхности, но мы же не знаем, что творится в мире? Может, через пару десятков километров еще убежище или это выжившие из 172? В любом случае, нужно быть очень осторожными, я предупредила об этом Деда. Кстати, это он сегодня убрал охрану, чтобы мы спокойно покинули убежище.
– Тогда ваша задача усложняется, – проговорил Профессор и пристально посмотрел мне в глаза. – Я не буду вам сейчас всего говорить, потому что это может затянуться на много часов, скажу лишь, что я, так же как и вы, думаю о диверсии со стороны людей из другого убежища. Вам нужно собрать как можно больше информации о внешнем мире. Возможно, вы встретите людей или узнаете о них что-то. Но основная задача: доставить детали. Идите, с Богом. Мы закроем за вами двери.
Ко мне подошел Молот.
– Как только Снайпер поправится, мы возьмем пару человек и отправимся к складу, поможем вам. Я бы пошел и сейчас с вами, но нужно как-то объяснить твой побег, да и Снайпер разорется, что его оставляют в тылу, – проговорил Молот, протягивая мне руку.
Я обнял его.
– Спасибо, спасибо вам большое. Я не подведу, и мы раскрутим это дело. Открывайте.
Молот прошел за пульт управления и ворота стали медленно открываться. Эх, как там моя гитара? Надеюсь, Алинка не порвала струны.
– Готова? – спросил я охотницу. Она, молча, кивнула и мягкой походкой направилась к воротам, непринужденно придерживая протазан.
За воротами стояла темнота. Мы осторожно выбрались на поверхность. Темно как у негра в ЖКТ, видно только то, что перед ногами. Хоть бы луна пробилась через свинцовый полог неба, что ли? Ну, хватит ворчать.
– Иди за мной, тут недалеко мое убежище. Пересидим остаток ночи и решим с чего начать.
Я осторожно двинулся за своей напарницей, ориентируясь в основном на звук. Сначала я хотел достать из рюкзака кору и освещать себе путь, но потом до меня дошло, что так мы привлечем слишком много внимания для нас двоих. Лучше так, как-нибудь. Через пару минут ходьбы мы уперлись в небольшой завал.
– Помоги мне.
Я потянул за торчащий из кучи шнур, и куча передвинулась на несколько метров. Так, что тут у нас. Люк. Умно придумано. Лежащим тут же ломом я подцепил крышку и сдвинул ее в сторону. Глазам открылся темный лаз с ржавыми сваями лестницы. И как они еще не сгнили? Саша начала осторожно спускаться, я за ней, не забыв задвинуть на место крышку люка. Через несколько секунд спуска мы оказались в темном помещении.
– Подожди, зажгу фонарь.
Фонарем оказалась обычная керосинка. Вот только чадила она так, что хоть стой, хоть падай. Хорошо, что хоть это все мгновенно вытягивалось через вентиляцию. Я осмотрелся: унылые бетонные стены, потолок и пол; двухъярусная железная кровать с парой матрасов; железный стол; пара стульев. Под столом картонные коробки. В углу место для костра.
– Располагайся. Переждем остаток ночи тут, – сказала Саша, сняла оружие и устало опустилась на кровать.
Я уселся на стул. Нужно поговорить.
– Что произошло в убежище? Так и не нашли поджигателя?
– Нет, официально тебя объявили диверсантом и скоро должны были прилюдно расстрелять, – охотница криво усмехнулась, стягивая с себя снарягу. Я залюбовался этим зрелищем. – Мы старались переубедить главу, но он решил, что кроме тебя совершить это некому. Никаких следов, а так, хоть народ бы успокоили. Решили, что, мол, жили раньше с одной охотницей, то проживем и дальше. Нет человека – нет проблемы, одним словом.