– Кордры! Бысро уходим атсюта, – заорал один из них, до этого вглядывавшийся вдаль, а сейчас шустро спускающийся с холма. Все быстро принялись запихивать последние куски мяса в импровизированные рюкзаки.
Я плюнул на все предосторожности и, как можно шустрее, пополз к Саше. Секунды липким покрывалом ложились на мою вспотевшую спину, не смотря на порывы жуткого, замогильного воя. Быстрее, нужно быстрее…
Последний рывок, и я вывалился из-под развалившегося грузовика. Саша была уже здесь.
– Ну что, разведчик, доигрался? Уходим, быстро. Эти твари могут нас в два счета догнать.
– Что за твари? – будничным тоном поинтересовался я, закидывая рюкзак за спину.
Саша не ответила. Мы побежали от звучных завываний, которые надо сказать слышались все отчетливее и отчетливее, петляя по развалинам как зайцы, уходившие от стаи гончих.
– Поднажми, догоняют.
Узкие переулки сменились широкой улицей. Слева виднелись остатки сохранившейся многоэтажки. Увы, сохранилось только четыре этажа. Вой нарастал, нужно найти место для боя.
– Не убежать, попробуем залезть повыше и отбиться. Вон здание, – и я указал Саше на дом.
Охотница выругалась.
– Говорила я тебе, черт, искатель хренов! Пулей туда.
Мы кинулись к дому. Первый этаж практически отсутствовал: различный хлам вперемешку с землей создал отличный фундамент. По сохранившимся остаткам лестничных пролетов мы забрались на третий этаж. Дальше хода не было.
– Сюда, подсади.
Я закинул Сашу на четвертый этаж и забрался сам. Все, дальше некуда.
– Готовься.
Снизу послышался цокот когтей по камню, лихо они нас вычислили, отменный нюх, раздался вой, и на наш этаж запрыгнуло сразу с десяток мутов.
– Спина к спине. И что бы ни случилось – держись рядом.
Это были не муты, по крайне мере у них не наблюдалось заметных уродств. Дикие волки: черный, жесткий волос; острые, белые клыки, размером с мизинец; желтые глаза, гноящиеся ненавистью и все это в купе с тем, что были они в холме около метра. В глаза сразу бросался вожак. Он разительно отличался от остальных размерами (он был на порядок больше) и серой шерстью. И еще, может быть, мне показалось, но в его глазах что-то мелькнуло. Разочарование?
– «Два хомо. Мало добычи. Плохо. Нужно больше», – отчетливо раздалось в моей голове.
Что??? Это.… Это он?
– «Окружаем. Мясо наше».
Волки стали нас окружать, постепенно сжимая кольцо. Оскаленные клыки, с которых капали клочья пены, горящие ненависть глаза, острые когти с силой скребущие по бетону.
От неожиданных мыслей вожака я замер на месте, усиленно соображая. Выходит, я не ошибся. Он действительно разочарован. А еще он может общаться, мысленно. Но как?
– Добегались, охотник. Вот и помогли нашим, – обреченно проговорила девушка, поудобнее перехватив протазан. Стая почти окружила нас.
– Ты слышала его? – я крутанул катаны, разминая руки. – Он… он разумен?
– Что? – в голосе охотницы явно звучало удивление. – Кто он? Волк?
Я усиленно соображал. Поверьте, когда в метрах от тебя движется куча алчно жаждущих твоего мяса существ, мозг начинает усиленно работать, пытаясь спасти своего хозяина. Наверное, это досталось нам от предков. Просто по-другому не выжить. Закон сильного: «не ты, так тебя» Если конечно, нет возможности договориться…
Но иногда договор – это единственная надежда на спасение.
– «Мы не добыча», – отчетливо произнес я в голове.
Вожак удивленно вскинул голову и уставился мне в глаза. Дьявол, он слышит меня. Значит.… Значит: он разумен. Невероятно…
– «Мы не добыча», – еще раз более отчетливо повторил я. Я неожиданно вспомнил один старый мульт. – «Мы с тобой одной крови: ты и я»
– «Стоять», – раздалось в моей голове, и стая синхронно остановилась. Вот это дисциплина. Это невероятно, он мыслит почти как человек. – «Кто ты, хомо?»
– Что происходит? – спросила меня Саша.
Если бы я знал ответ.
– Веду переговоры.
– С кем? – удивленный голос у меня за спиной.