– Я же сказал: они не пойдут за нами по следу. Верь мне, пожалуйста, – я твердо посмотрел на Сашу. Она кивнула. Значит, тема закрыта.
– Что скажешь насчет трупоедов? Ты тут аборигенка, должна все знать.
Мы быстро покидали здание.
– Аборикто? Прекрати говорить непонятные слова, а то, как дам по голове. Благо, хуже уже не будет, все равно уже того, – девушка улыбнулась. – Насчет трупоедов: видела их отряды раньше, один раз даже очень большой отряд, голов с сотню, может больше. Питаются падалью, а больше я ничего о них не знаю. Да и зачем они нам? Нам бы самим выжить. В убежище все равно не пролезут, мозгов не хватит, а столкновений на поверхности я старалась с ними избегать.
В моей голове родилась дерзкая мыслишка…
– Не скажи: они довольно разумны, я слышал их речь. Говорят они коряво, но вполне понятно. Примитивные орудия труда и охоты. Они как древние люди. Как будто эволюция пошла вспять, но пошла очень и очень быстро. Деградировали за неполный век почти до неандертальцев. Ломать – не строить.
Мы вышли из здания на площадь.
– Ну, вот опять твои непонятные слова. Хватит болтать, пошли даль…
– У меня идея, – перебил я девушку и умолк, обдумывая свою сумасшедшую мысль. А почему бы и не попробовать? Следы должны остаться.
– И? – в прекрасных глазах, направленных на меня застыл вопрос.
– Мы пойдем за волками.
Охотница сплюнула от досады.
– Куда? Ты что, головой ударился? А зачем? – тут та же мысль осенила и ее. – Ну, нет. Нет! Категорически: нет. Я туда не пойду.
Я опустился на раскрошившийся кусок бетона. Охотница стояла передо мной, скрестив руки.
– Но почему? Согласись, уже сто лет прошло, а что если будет возможность жить на поверхности? Нужно собирать информацию о мире, а ты, вон, даже не знала, что трупоеды разговаривают друг с другом.
– Все я знала, – девушка возмущенно замахала руками. – Но за ними не пойду: только что избежали смерти и снова дергать ее за косичку, прося обратить внимание на себя. Ни за что…
– Саша, это шанс. Вдруг удастся с ними договориться?
– Здесь ни с кем нельзя договориться, все враги. Очнись, ты не в сказке.
Если так, то ей тем более следует прислушаться ко мне.
– Ну, хорошо. Но тогда получится узнать о них больше. «Нужно знать как можно больше о своем враге», неужели Дед вас этому не учил?
– Дед учил нас не рисковать понапрасну. Хотя… – девушка задумалась.
Я молчал. Нужно как больше знать об этом мире, а то сидят там в своем бункере как мыши в кладовке. Нужно собирать информацию, и, может быть, в следующий раз разведчики не нарвутся на незнакомую тварь, а будут точно знать, как ее убить, как обмануть. Они смогут выжить. Как назвал ее трупоед? Слепая Смерть? Вполне подходящее название.
– Ты прав, – сдалась девушка. – Это глупо, но ты прав. Давай по следу, вперед.
Я улыбнулся, подхватил рюкзак и потрусил за Сашей. В районе пупка я ощущал нечто инородное. Что еще за? На бегу запустив руку под майку, я достал белоснежный клык, чуть меньше моего мизинца. Укусит, мало не покажется. Подарю Алинке. Ох, она и порадуется.
Через несколько минут осторожного, но быстрого бега я услышал пронзительный крик, переходящий в визг. Что еще за напасть?
– Туда, быстро.
Мы нырнули в ближайший сохранившийся подъезд. Под ногами зашуршала бетонная крошка вперемешку с чьими-то костями. Мило. Я аккуратно высунулся на улицу, интересно ведь.
– Что там еще?
– Птица, – будничным тоном проговорила охотница, проверяя мою повязку.
К нам кто-то приближался. Я уже отчетливо слышал звучавшее все громче: «шух»… «шух»… «шух»…
– Птица?? Мы спрятались от птицы? И что это за птица? Ворона? Кукушка? А может соловей?
– Нет, птерикс.
Над нами пролетела огромная тварь. От удивления я замер на месте, разглядывая невиданное создание. Сколько еще сюрпризов ждет меня в этом мире, а? Больше всего она походила на птеродактиля, но что сразу бросалось в глаза, так это оперение. Иссиня фиолетовое оперение покрывало все тело этой «птицы». Голову венчали длинный костяной клюв с зубами и короткий гребень. Лапы оканчивались тремя длинными, желтыми когтями, позади них торчала красная шпора. Размах крыльев этой птички достигал почти четыре метра, хотя, может и больше, с глазомером у меня не лады, могу и наврать. В голове всколыхнулось смутное осознание, что я ее, где то видел. Но… Но где? В университетском учебнике? Ха-ха три раза.