Саша резко рванула с места, волк за ней. Я немного замешкался, но здраво рассудив, что аборигенам виднее, что это за гон, поспешил за группой. Интересно, почему к котловану? Может, залезть куда повыше и отсидеться?
– «Не пойдет. Они могут бегать по отвесным стенам»
Мать твою, а вот это уже совсем плохо. Так, Игорешка, пятки в зубы и вперед. Теперь я понял, почему так побледнела охотница. Единственный выход – котлован. Переправу через реку мы давно миновали, на другую сторону не уйти, а здесь есть плот. Вода между мутами и нами это очень хорошо, вот только вода эта совсем непростая.
Мы поднялись на холм и огляделись. Нас нагоняла волна мутов. Издалека не разглядеть, что это, а вблизи лучше не видеть. Нужно бежать.
– Ускорились, еще совсем немного.
Я развернулся и увидел впереди высокое здание, прекрасно сохранившееся по прошествии почти ста лет. Шесть целых этажей гордо возвышались над окружающими развалинами. Издалека в доме были видны зияющие провалы черных дыр, смотрящих на разрушенный мир печальным, уставшим взором. Я пригляделся внимательнее и увидел в некоторых оконных проемах целые стекла. Да нет, это просто невозможно. Я проморгался. Видение не исчезло. Так, что-то слишком хорошо сохранилось здание, это настораживало. У основания здания стоял густой туман, скрывая спасительную для нас воду. В мгновенье ока я охватил всю эту картину, развернул голову еще раз назад и едва не заорал от удивления. Волна тварей буквально пару секунд назад была довольно-таки далеко, а сейчас уже значительно приблизилась. Невероятная скорость.
Мы быстро скатились с холма и помчались к дому, петляя в лабиринтах полуразрушенных зданий, выбирая более подходящую дорогу. Хорошо, что у нас был волк, который вел нас как по пеленгу. Ни разу мы не забрели в тупик, ни разу не пришлось возвращаться. Любая ошибка может стать фатальной.
Наконец, воздух впереди стал свежее, и мы выскочили к котловану, заполненному водой. Над поверхностью стелился белый, как молоко туман, нагоняя угнетающие мысли.
– Где плот?
– За мной.
Саша побежала вдоль берега, я за ней. Через пару мгновений мы вышли на ту груду недоразумения, которую я принял сначала за кучу мусора. Это был плот. Кустарный, с широкими щелями между бревен, но довольно таки добротный и тяжелый, зараза…
– Навались, – рявкнул я, сталкивая плот в реку. Слева мне помогала Саша, Клык следил за тылом.
С огромным трудом нам давался каждый сантиметр. Эх, будь со мной хотя бы Снайпер, не говоря уж о Молоте, дело бы пошло куда быстрее.
– «Они уже здесь, быстрее»
Волк пятился к нам, скаля свои зубы и рыча низким утробным голосом. Еще чуть-чуть…
– Давай родная, давай…, – промычал я, закусив губу, и так навалился на плот, что еще немного и пупок бы надорвал или грыжу бы заработал…
Сработало. Плот с тихим «плюх» опустился на воду. Теперь нужны весла или шесты.
– На плот. Быстро.
– Там еще шесты.
– «Они здесь».
Все три фразы прозвучали одновременно с появлением на гребне котлована шелестящей волны мутов. От удивления, я замер на месте, пораженный открытым зрелищем.
Больше всего эти муты походили на очень больших тараканов. Рыльца оканчивались неприятного вида жвалами, над которыми с неприятным шелестом шевелились мощные усики. Большие.… Даже в той жизни, в нашей общаге таких не водилось, хотя у нас там много чего водилось…
Мне вдруг резко представился наш универ: аллея деревьев; уютные лавочки, на которых так приятно сидеть после завершенных занятий; родная комната…
Из ступора меня вывел заунывный волчий вой. Я резко мотнул головой, отгоняя наваждение. Перед глазами как будто паутину подвесили. Я брезгливо протер лицо. Что это? Пси-атака?
– «Шесты. Быстрее. Я пока их держу»
Я рванул к куче и быстро подхватил пару длинных шестов. Сзади послышались звуки выстрелов. Саша лупила из своих навороченных пистолетов по мутам. Звуки шелеста раздавались за моей спиной все ближе и ближе. Не оглядываясь, я потащил палки к плоту. Пара секунд и я на месте. Какой-то шустрый мут успел заскочить за мной на плот, вырвался вперед остальных, ну-ну… Саша быстро влепила ему пулю в усатую голову и, схватилась было за шест, но я остановил ее.