Дойдя, он достал из кармана мятую пачку "Петра" и, оперевшись на крышу автомобиля вертел ее в руках. В его голову лезли довольно мрачные мысли. "Правильно ли я сделал? - подумал он, вытащив из пачки одну сигарету, а остальную пачку вернув обратно в карман. - ведь по-сути его месть была бы справедлива? Или нет? Справедливо ли вообще отнимать жизнь? После таких вопросов обычно либо становятся великими философами, либо сходят сума..."
Вторая сигарета которую он уже курил под аккомпанемент таких мыслей догорела фактически до фильтра, когда к нему подошёл тот самый черноволосый парень с разбитым носом.
— Вот. - подошедший парень кинул на капот машины довольно толстый конверт. - Заработал...
— Что там? - Ларин даже не соизволил посмотреть в сторону, недавно спасённого им, мажора.
— Деньги. - тот безразлично пожал плечами.
— Подотрись ими. - все так же отрешённо глядя куда-то в пустоту ответил Антон и запустил дымящийся бычок в недолгий полёт до приоткрытого канализационного люка.
— Чё? - возмутился парень, расправляя плечи и выпячивая грудь, будто хотел напугать переговорщика уподобившись самцу гориллы в брачный период.
— Знал бы я что вы такие же мрази как и ваши папочки, я б ему посоветовал, наверное, стрелять вупор. Чтобы наверняка. - Антон наконец повернулся и смерил презрительным взглядом своего собеседника. Удовлетворено оценив реакцию мажора он снова отвернулся и, достав новую сигарету, опять закурил.
— Да ты знаешь кто мой отец?! - мажор, в свою очередь, казалось сейчас взорвется от негодование. После отаешенного взгляда, ему казалось будто бы он получил смачный плевок прямо в лицо.
— Нет и меня это абсолютно не волнует... - весело улыбаясь ответил Ларин и выпустил клуб дыма в лицо парню.
— Да ты знаешь что с тобой будет?! Да те... - мажор никак не мог успокоиться.
— Ну давай... - насмешливо посмотрев на собеседника, перебил Антон - придумай что-нибудь по-оригинальнее чем "глаз до жопы натяну" и "свое дерьмо, тварь, жрать будешь"... Ты не торопись, думай... Я подожду.
Парень опешив от такой наглости стоял беззвучно раскрывая рот и бешено вращая глазами. Своим яростно красным цветом лица он вызывал у переговорщика забавные ассоциации с перезрелым помидором.
— Не можешь так быстро? Что ж, понимаю... - продолжал стебаться над своей жертвой Ларин. - Вот визитка, позвони когда придумаешь.
С этими словами он подмигнул мажору, сунул тому в руку визитку, сел в машину, громко хлопнул дверцей и поехал домой, так и не тронув конверт с "заработанным".
Глава третья.
Доехал Ларин до своей квартиры более менее без проблем. Лишь какой-то молодой гаишник остановил его и потребовал документы, но подоспевший его старший коллега быстро извинился и пожелал Антону доброго пути.
Все бывалые гаишники Ларина давно знали и не пытались остановить его. Во-первых даже будучи изрядно навеселе он не лихачил и скорость не превышал, а во-вторых, когда однажды по разнарядке сверху его всё-таки повязали, он довел до белого каления дежурного своими пространными беседами типа:
"— Вы были пьяны, когда были за рулём?
— А что вы подразумеваете под словом пьяны? Пьяным можно быть от любви, от свободы, от воздуха... Особенно горного... Вы были на Урале? Там воздух пьянинит... Обязательно побываете, никогда не пожалейте... А ещё там люди добрые и ногами людей по ребрам не бьют!"
После того как участковый психиатр вырвал на своей лысеющей голове последний клок жидких волос, Ларина отпустили с яростными заверениями о том, что больше его за порог этой конторы не пустят даже за вознаграждение.
Жил он на окраине города, в старой панельной многоэтажке, помнящей императора Николая, и скорее всего Первого.
— Здоров, Мура́х! - махнул ему рукой щуплый парень в спортивном костюме, гордо восседая на паребрике с бутылкой пива в руке.
— И тебе долгой жизни, Штырь... - изобразив на лице подобие улыбки Антон приветствовал парня аналогичным жестом.
— Чего хмурый такой? - с искренним участием поинтересовался гопник.
— Да так... День не задался... - Ларин раздражённо махнул рукой.
— Может побазарим? Мне корешок один бутылку чистокровного армянского арманьяка подогнал...
— Не, сорян, братух, не сегодня... - Ларин замялся у двери в подъезд. Перекаченное алкоголем тело потеряло понятие мелкой моторики как таковой и никак не хотело взять из связки нужный ключ.
— Как знаешь... - Штырь, а другого имени собственного этот представитель человечества уже не помнил сам, отхлебнул из бутылки с дешёвым пивом и пожелал на прощание Антону, наконец совладавшему с ключами - Удачи.