Он подошёл к окну. Внизу отца сажали в чёрный «Волгу». Полковник Семёнов на секунду поднял голову и посмотрел прямо на его окно. Их взгляды встретились сквозь стекло и ночную тьму. И в этом взгляде не было ни капли человеческого тепла. Лишь холодная уверенность хищника, уже знающего свою добычу.
Глава 8
Глава 8. Цена. Часть 1
Зелёные глаза кота пылали в полумраке подвала, как ядовитые светляки в болотной трясине. Он не мяукал и не шипел. Он издавал низкое, мурлыкающее урчание, которое больше походило на скрежет шестерёнок в ржавом механизме. Это был звук голода, терпения и абсолютной, леденящей душу чужеродности.
Из люка за его спиной сползали тени. Они не стекали, как жидкость, а вытягивались, как смола, обретая форму — длинные, костлявые конечности с слишком большим количеством суставов, вытянутые черепа, пустые глазницы, в которых мерцали те же зелёные искры. Воздух стал густым и тяжёлым, им было трудно дышать. Запах озона смешался со сладковатым душком разложения, исходящим от мёртвого учёного в углу.
Алексей, Ирина и Дмитрий стояли спиной к спине, образуя маленький, хрупкий треугольник посреди логова чудовищ. Фонарь в руке Ирины дрожал, пляшущий луч выхватывал из тьмы то оскал кота, то шевелящуюся клешню тени, то неподвижное, окаменевшее от ужаса лицо мёртвеца с угольными глазами.
Папка… — прошептал Алексей, не отрывая взгляда от кота. — Он держит её. Нам нужна папка.
Он мёртв, Алексей! — сдавленно выкрикнула Ирина. — Он… он врос в стену! Как мы её заберём?
Придётся отрезать, — скрипуче сказал Дмитрий. В его руке блеснул складной нож, который он всегда носил с собой. — Я отвлеку их. Вы — хватайте папку и к лестнице.
Ты с ума сошёл! — Алексей схватил его за локоть. — Их там… тьма! Они тебя разорвут!
А иначе мы все тут сдохнем! — рявкнул Дмитрий, и в его глазах вспыхнула та самая ярость, что он обычно прятал под маской отстранённости. — Мой отец… он одним глазом смотрит на нас, другим — на приказ о ликвидации. Он выберет приказ. Он всегда его выбирает. Так пусть хоть теперь мой поступок будет МОИМ выбором!
Он не стал ждать ответа. С низким криком, больше похожим на рык, Дмитрий бросился вперёд — не на кота, а на группу теней, начинавших обтекать их с фланга. Его нож описал в воздухе серебристую дугу, и одна из тeneй, с шипением, отпрянула, будто обожжённая. Но другие тут же сомкнулись вокруг него.
В этот миг кот, словно дождавшись своего часа, сорвался с места. Он не побежал, а исчез из одного пятна тени и появился в другом, уже в метре от Алексея и Ирины. Его неестественная пасть распахнулась, обнажая лес игольчатых зубов.
Ирина, действуя на чистом инстинкте, бросила в него фонарь. Пластиковый корпус со звоном угодил коту в морду, и на секунду зелёный свет в его глазах померк. Этого было достаточно.
Бежим! — крикнул Алексей, толкая Ирину к трупу.
Он подскочил к мёртвому учёному, стараясь не смотреть в его угольные глаза. Пальцы мертвеца впились в папку с такой силой, что казались каменными. Слыша за спиной яростные вопли Дмитрия, лязг ножа и шипение теней, Алексей с силой дёрнул папку на себя. Раздался сухой, кошмарный хруст — сломались пальцы трупа. Папка была у него в руках.
Димка! Иди! — закричал он, отступая к лестнице.
Но то, что он увидел, заставило его кровь замёрзнуть. Дмитрий стоял на коленях, окружённый кольцом теней. Они не нападали, они… обволакивали его. Чёрные, маслянистые щупальца обвивали его руки, ноги, шею. Он не кричал от боли. Он издавал странный, булькающий звук, а его глаза были закачены так, что видны были только белки. Его кожа в местах прикосновения теней темнела, покрывалась той же чёрной, блестящей коркой, что и у мёртвого учёного.
Нет… — простонала Ирина.
Кот, оправившись, снова повернул к ним свою светящуюся морду. Тени у лестницы сгустились, перекрывая путь к отступлению. Они были в ловушке.
И тут Дмитрий поднял голову. Его глаза… они снова были на месте, но теперь они горели тем самым зелёным светом. Его голос, когда он заговорил, был наложением его собственного и чего-то другого, скрипучего и бездушного.
Бегите… — прошипел он. — Пока… я ещё… я…