— Что он предупреждал? — Алексей попытался приподняться на локте, браслеты звякнули.
— Что дверь нельзя открывать с обеих сторон одновременно! — голос Марка внезапно прорезал темноту, став громким и истеричным. — Что если заглянуть в бездну, бездна заглянет в тебя! Это же азбука! Эти идиоты... Семёнов... и эти новые... они думают, можно надеть бездну на поводок! Сделать из неё... собачку!
Он закашлялся, долго и мучительно.
— Они... они «сканировали» и меня, — продолжил он, уже шёпотом, полным отвращения. — Не так долго, как ту девочку твою... но достаточно. Они ищут мосты. Мосты, которые мы нечаянно построили. А она... она теперь самый крепкий мост. Живой мост. И они ходят по нему туда-сюда... в тяжёлых ботинках...
Алексей почувствовал, как холодный пот выступает у него на спине.
— Куда «туда»? Что они нашли?
Марк засмеялся. Звук был сухим, как треск сухих веток.
— Нашли? Они ничего не нашли! Они *посадили*! Саженцы! В почву её памяти! Ты думаешь, твой «Контрвес» был последним словом? Детский лепет! Виктор в конце работал над другим... над *обратной связью*. Не закрыть дверь. *Направлять*. Посылать туда... сконструированные сны. Приказы. Чтобы то, что с той стороны... росло по нашему чертежу.
У Алексея перехватило дыхание. Отец? Его отец работал над тем, чтобы не уничтожить Умбру, а управлять ею? Нет, не могло быть. Он видел его отчаяние, его раскаяние... Или это была лишь часть правды? Последняя, отчаянная попытка найти хоть какой-то контроль над вышедшим из-под контроля?
— Где чертежи? — сорвавшимся голосом спросил он. — Исходник. Где он?
— Исходник? — Марк будто прислушался. — А тебе зачем? Ты тоже хочешь поиграть в бога? Все хотите... Все с ума посходили...
— Чтобы сжечь мост! — прошипел Алексей. — Чтобы остановить их! Чтобы спасти её!
В темноте наступила долгая пауза. Послышался шорох — Марк, похоже, сполз по стене на пол.
— Сжечь... — пробормотал он. — Да, сжечь... проще простого. Искра... одна искра нужна... в нужном месте. Он спрятал. Виктор. Знал, что Семёнов или другие... найдут его рабочие тетради. Спрятал *настоящее*. Там, где начался... первый разлом.
— Где? — Алексей почти крикнул.
— В «слепом пятне», — таинственно прошептал Марк. — Камера наблюдения смотрит, но не видит. Потому что глаз... он же смотрит наружу. А чтобы увидеть то, что внутри... нужно два глаза. Стереоскопическое зрение... понимаешь? Координаты... он оставил координаты в самой системе. В её «слепом пятне». Ключ... ключ — это номер камеры. И время. Время, когда тень... ложится точно на сердце.
Алексей стиснул зубы. Бред. Безумный, параноидальный бред разрушенного разума. Или... гениально закодированное послание?
— Какой номер? Какое время?
Марк снова засмеялся, но теперь смех перешёл в рыдания.
— Я не помню... они выскоблили... когда копались у меня в голове... но... но она помнит. Девочка твоя. Она *видела*. Когда они водили своими сканерами по её миру... они осветили всё. И старые следы тоже. Она видела... отпечаток. Отпечаток страха Виктора... там, где он прятал. Она может... показать тебе дорогу... если найдёшь способ... спросить...
Он замолчал, тяжело дыша.
— Они скоро вернутся за мной, — сказал он уже совсем тихо, устало. — Отвезут «успокаиваться». На этот раз... наверное, навсегда. Ищи «слепое пятно», мальчик. И берегись теней... которые падают не от света... а от тьмы. Они теперь... повсюду.
Дверь снова скрипнула. Яркий луч фонаря ударил в лицо, выхватывая из мрака жалкую, скорчившуюся фигуру Марка в разорванном халате. Двое людей в чёрном молча вошли, взяли его под руки и потащили к выходу. Марк не сопротивлялся. На пороге он обернулся. Свет фонаря на мгновение упал на его лицо. Алексей увидел пустые, широко раскрытые глаза и тончайшие, словно нарисованные серебряной иглой, фрактальные узоры вокруг них, расходящиеся к вискам.
— Она светится, — успел прошептать Марк, прежде чем его выволокли. — В темноте их аппаратов... она светится, как маяк. И маяки... привлекают не только корабли.
Дверь захлопнулась. Алексей остался один, прикованный в темноте, с головой, гудевшей от услышанного. «Слепое пятно» системы. Координаты, зашифрованные в страхе. Ирина — живая карта. И маяк, приманивающий что-то из глубин Умбры прямо в лаборатории «Архива».
У него была информация. Безумная, обрывочная, но информация. И понимание, что времени нет. Теперь ему нужно было не просто сбежать. Ему нужно было попасть в сердце системы наблюдения. Найти то самое «слепое пятно». И для этого ему придётся сыграть свою роль до конца — стать настолько сломленным, настолько неопасным, чтобы его вернули в общую зону, ближе к компьютерам, к сети, к её глазам. Ему нужно было погасить в себе последние искры сопротивления и стать пустым сосудом, в который они захотят залить свою новую, удобную версию реальности. Это был путь на самое дно. Но только оттуда можно было увидеть то, что скрыто от всех.