Хотя, судя по поведению остальных обитателей научного поселка, они к Попову давно уже привыкли.
– Идемте в терем, гости дорогие, – возвысил голос Владислав Яковлевич, приобнимая Стаса и Кейко за плечи, – это у нас и кают-кампания, и клуб, и общая гостиная. О цели вашего визита мы наслышаны, но жаждем общения и вестей из большого мира. Тем более не каждый день видишь легенду.
Михеев тяжело вздохнул и решил, что молчание – золото.
Уважаемый Владислав Яковлевич искренне интересовался новостями Сферы разума, обитатели поселка его столь же искренне поддерживали, но уже спустя пятнадцать минут Михеев обнаружил, что в тереме идет ожесточенный спор между все тем же Сувариным и молодым человеком с точеным профилем и светлыми волосами, забранными в высокий хвост. Широкие плечи хвостатого блондина обтягивал тонкий черный свитер с неброским рисунком, выгодно подчеркивавший его рельефную мускулатуру. Остальные обитатели обступили стол и подавали оживленные реплики, расколовшись на два лагеря. Спор явно был старым, вспыхнул не первый раз, но накала не потерял.
Михеев отошел от стола и сел в удобное кресло, самое место которому было в старой дворянской усадьбе. Мыслителю в таком хорошо сидеть, смотреть на огонь в камине, и чтобы за окном мороз и искрящийся в лунном свете снег. Мороз и снег наличествовали, с усадьбой и мыслителем было несколько сложнее.
Стас и Кейко находились в самой гуще спорщиков, обитатели «Зимнего леса» сгрудились вокруг них и вырваться не было никакой возможности. Кейко послала шефу умоляющий взгляд, но Михеев лишь многозначительно поднял бровь, мол, выпутывайтесь сами, с местным гостеприимством шутки плохи. Впрочем, Кейко тут же вслушалась в чью-то реплику и явно навострила уши.
– …Не просто проблема взаимопонимания! Это старая как мир проблема взаимопонимания с тем, чей опыт кардинально отличается от имеющегося у других участников контакта и выходит за рамки их имеющегося опыта!
– Но ведь опыт может расширяться, мы постоянно развиваемся и получаем новый. Почему нельзя приходить ко взаимопониманию постепенно, по мере получения нового опыта? – заговорила Кейко. Негромко, но при первых звуках ее голоса все умолкли.
«Сирена, как есть сирена», – с глубоким удовлетворением подумал Михеев, наблюдая за взрывом голосов вокруг стола.
– Ха-ха! Наивный позитивистский практицизм! – возвысил дребезжащий тенорок некто субтильный и курносый.
– Вы бы постеснялись, Михаил Фаддеич, девушка пять минут как узнала о проблематике «большого поиска», а уже нащупывает верный путь! – потряс пальцем со стальным кольцом Старого университета смуглокожий бородач в пестром пончо.
Михеев покосился на кресло, стоявшее наискосок от него. Павлов устроился в нем сразу же, как только вся честная компания ввалилась в терем. Он свернулся в какой-то совершенно невозможной асане, увидев которую адепты йоги зарыдали бы от зависти, упер босую – он все-таки был бос – ногу в гладкий деревянный подлокотник, просунув под коленом руки, на колено положил бритый острый подбородок и застыл. Со стороны поза была напряженной, Михееву казалось, что сейчас скрытая пружина не выдержит, распрямится и Попов вылетит из кресла, размахивая руками и ногами, как тряпичная кукла. Но тот, видимо, ни малейшего неудобства не испытывал и следил за разговором со спокойным, чуть отстраненным интересом.
Михеев решил, что время пришло, и обратился к нему:
– Петр Александрович, пока молодежь бушует, можете объяснить мне, из-за чего весь сыр-бор?
Он осторожно переставил кресло поближе к Попову, а тот скосил на него глаз и поудобнее устроил подбородок на колене. Михеев уже решил, что ответа не будет, и думал, переходить ли к другому, менее изящному варианту знакомства, как ксенопсихолог заговорил. Говорил он тоже странно, почти не разжимая губ, но и голос, и дикция были очень четкими, только… странными. Черт, до чего избитое уже словечко, но по-другому и не скажешь об этом человеке.
– Вы же прибыли по заданию службы обеспечения безопасности. – Попов не то спрашивал, не то утверждал: голос звучал не механически, а так, словно он говорил на незнакомом языке, который изучил в совершенстве, но почти им не пользовался, отчего не уверен, где надо ставить ударение и какое слово выделять интонационно.