— Скорее, просто кому-то в Москве мы мешаем, и нас со всех сил хотят закрыть, — заметил Кеша.
— Или подмять под себя! — вмешался в разговор Аверин, и все мгновенно повернули на него свои взгляды. Если Пётр и говорил что-то, он всегда делал это со знанием дела, а значит его версия вполне может быть правдой.
— Что значит подмять под себя? — удивился Валик. — Это ведь не фабрика какая-то или цветочный киоск, чтобы захватываеть его, как бизнес. Академия принадлежит государству, и любые попытки захвата будут иметь серьёзные последствия.
— Зимин, сразу видно, что ты ничего в этих вопросах не понимаешь, — отозвался Аверин, снисходительно улыбнувшись.
— Ну, так объясни, если ты такой осведомлённый! — тут же встал в позу целитель.
— Что я и пытаюсь сделать, пока ты меня перебиваешь. Но спасибо, что позволил объяснить, — спокойно отреагировал Пётр и продолжил: — Ты верно сказал, что академия принадлежит государству и никто в своём уме захватывать её не станет. Именно поэтому захватывают не собственность, а влияние. Вам не кажется, что Гронского подставили неспроста? И дело даже не в деятельности «Октопуса».
— Кому-то в Москве мешала наша академия, и этим кем-то оказался Пётр Кислов, — вспомнил Кирсанов.
— Верно! Со сторонниками закрытия удалось справиться. А что на счёт тех, кто хочет подмять её под себя? Раз не удалось закрыть академию, нужно поставить сюда своего человека. И за этим может стоять кто угодно — бывший альянс Кислова, Беловы или Сальниковы.
— А что на счёт Авериных? — не упустил возможности задать неудобный вопрос Гаранин.
— Аверины не станут заниматься подобным, — заверил его Пётр. — Контроль над академией не лежит в плоскости наших интересов.
— Обычно такие умные слова говорят, чтобы запутать и скрыть правду, — не унимался Николай, но Аверин лишь пожал плечами, поставив точку в этом разговоре.
Проверку не пришлось долго ждать. Уже в среду в академии появился ревизор. Мы ожидали комиссию в прежнем составе, но в этот раз приехал всего один человек, который представился Леопольдом Евграфовичем Ковыршиным. С виду он выглядел вполне доброжелательным человеком, не мешал работе преподавателей во время занятий и по-дружески общался со студентами. Я не позволил себя обмануть и тщательно следил за словами, но были и те студенты, которые охотно болтали обо всём. Приходилось их одёргивать, но сказанные слова назад уже не вернуть. Уже в пятницу после пар все три курса и всех преподавателей собрали в актовом зале. Причина оказалась вполне банальной — Ковыршин завершил проверку всего за три дня и решил поделиться списком выявленных нарушений. Теперь он уже не выглядел таким милым простачком, а преобразился в настоящего хищника, который учуял жертву.
— В ходе проверки нам удалось отметить ряд нарушений. Самая главная проблема — слишком большие группы у оборотников и стихийников. Студентов в каждой группе больше четырёх десятков, а преподаватель всего один. Ситуация с физподготовкой — отдельный разговор. Студентов обучают люди, у которых вообще нет права на преподавание.
— Эти люди прошли столько боёв, что вам и не снилось, так что опыта у них столько, что ни у кого из ваших кабинетных крыс не будет! Я собирал их по всей Арктике! — незамедлительно отреагировал Георгий Максимович.
— Господин Платонов, вы позволяете себе усомниться в знаниях и навыках преподавателей со стажем? Может, вы хотите усомниться в профессионализме комиссии?
— Я только хочу сказать, что мои люди хорошо обучены. И вообще, обучать — моя задача, а их роль — проверять правильность выполнения упражнений.
— И вы хотите сказать, что эти люди имеют необходимую квалификацию?
— Безусловно! — горячо произнёс наставник.
— Так и запишем, — пробормотал мужчина, делая пометки в своём блокноте.
— Леопольд Евграфович, как мы можем решить эту проблему? — спокойно задала вопрос Остроумова.
— Немедленно! — заявил Коврышин. — Эта проблема должна решаться незамедлительно. Я вообще не понимаю как предыдущая проверка не отозвала лицензию у академии.
Этот недоделанный ревизор явно набивал себе цену у упивался властью, потому как у него была возможность диктовать свои условия.
— Не волнуйтесь, проблема будет решена ещё до вашего отъезда. Что-то ещё?
— Меня разочаровала работа на пункте пропуска. Охрана совершенно не следит за тем, что проносят студенты и преподаватели. За всё время у меня проверили только документы. А как на счёт содержимого портфелей и рюкзаков? Посмотрите, что я пронёс через пункт пропуска!