— Мы-то думали, он тут «Вихрь» тестирует, а на деле полы моет! — подхватил Уваров.
Обида на меня мгновенно рассеялась, уступив место насмешкам, а у меня уже просто не было сил парировать колкие выпады друзей:
— Я погляжу, подмога подоспела? Ну, не теряйтесь, берите в руки тряпки и помогайте.
— Ага, разбежались! — отмахнулся Валик.
— Отставить болтовню! — вмешался Платонов. — Всем студентам приступить к выполнению тренировки. Всем, кроме Чижова.
— А мне почему нельзя?
— Потому как Борис Ефимович предупредил меня о том, что ты уже провел три часа в «Вихре» и отправлять тебя туда сегодня больше нельзя. У тебя персональное задание!
На моё место Максимыч нашёл оборотника, которому приходилось ютиться в других укомплектованных отрядах. Парни довольные ушли в зал с прозрачными стенами, а я быстренько расправился с уборкой и устроился в кресле, чтобы понаблюдать за их работой. Георгий Максимович создавал условия для тренировки не сам, а через помощника. Учёный сидел за пультом и вбивал команды, которые надиктовывал Платонов.
Ребятам пришлось выкладываться по полной. Сначала это был бой на палубе эсминца, затем симуляция забросила их на открытую заснеженную местность, где стихийникам и артефакторам здорово пришлось поработать над защитой, а финальной сценой стал штурм здания, в котором засели преступники. Я никак не мог понять как это всё работает, поэтому решил поинтересоваться у учёного.
— Как талант взаимодействует с симуляцией? Стихийники ведь должны создавать настоящие барьеры, да и у остальных талантов эффекты более чем реальные, а в «Вихре» за реализацию отвечает система.
— Это было самое сложное, — улыбнулся учёный, явно довольный, что его работу оценили по достоинству. — Внутри «Вихря» мы создали такие условия, когда искажается само понятие материи и воздействия на окружающий мир. Всё, что происходит внутри при взаимодействии человека с окружающим его миром, работает через работу импульсов мозга. Наше сознание отдаёт сигналы телу, а система перехватывает их и воплощает в жизнь. Тебе ведь уже приходилось чувствовать это на себе.
— Да, ощущения реальные, — согласился я, вспоминая одну из попыток спасти Алису, когда я бросился напрямик и напоролся на кучу культистов.
— Это своего рода песочница, где всё невзаправду.
Пока наблюдал за тренировкой друзей, сделал для себя пару важных пометок. Со стороны хорошо видно ошибки, которые они допускают. Например, Кеша торопится закрывать энергетическим щитом Валика, хотя тому ещё ничего не угрожает. Настя чувствует себя неуверенно в ситуациях, когда наоборот нужно брать инициативу на себя, но это и не удивительно. Девушка и раньше сталкивалась с такими проблемами. Мне казалось, что этот недостаток удалось исправить, но до конца он так и не исчез. Или Фирсовой просто тяжело сориентироваться в непростой ситуации? Время покажет.
Меня куда больше волновала работа Любавина. Матвей не мог сконцентрироваться и часто допускал ошибки, которые предсказателю делать никак нельзя. Во время штурма дома он вообще завёл отряд на простреливаемые позиции. Если бы это происходило в реальной жизни, подобная ошибка привела бы к гибели всей пятёрки.
— Как успехи? — не удержался я, чтобы не съязвить, когда ребята хмурые и уставшие вышли из «Вихря». Будто сам не видел, как им приходилось туго. Всё-таки без моего командования и таланта управлять временем, чтобы исправлять ошибки, отряд поплыл.
— На первый раз сойдёт, — пробурчал Валик.
— Но с тобой было бы лучше, Арс! — подхватил Матвей. — Так что в следующий раз не дури, и в «Вихрь» пойдём все вместе.
Мы направлялись к выходу из объекта, когда стены задрожали от мощного взрыва. Затем послышались новые взрывы и стрельба, но уже дальше. Кусок стены возле самого входа частично обрушился, а внутрь влетели дымовые шашки. Немного погодя сквозь густой дым появились массивные силуэты штурмовиков. Все они были в противогазах и тяжёлой броне, а на груди в области сердца у каждого бойца располагался герб в виде чёрного осьминога.
Не может быть! Неужели военные проморгали полномасштабное вторжение «Октопуса» на базу? Такое чувство, что предсказатели даром свой хлеб едят. Я откатил время назад насколько смог. Ребята ещё находились в «Вихре» и только начинали штурм здания. Глянул на часы и понял, что вернуться удалось только на семь минут назад.
— Георгий Максимович, тревога! Через семь минут на базу нападут!
— Уверен? — Платонов оторвался от созерцания тренировки и внимательно смотрел на меня.
— Абсолютно! Это «Октопус», и скоро они будут здесь.