— Да, да. Всегда готов, да.
Мортус почесал сухими пальцами нос и начал льстить.
— Агенты воеводы чрезвычайно опытные и смелые мужчины. Но им не достаёт вашей наблюдательности, вашего таланта разбираться в людях.
— Ох, зачем вы так. По сравнению с вами…
— Не нужно лишней скромности, — казнахрон окутывал Угодника речами так, как Плантаж гипнозил клиентов. — Мы не в том положении, чтобы купаться в комплиментах. Нас пытаются убить. Поэтому сегодня вечером, в увеселительном доме барда Балуна вы будете следить за Пурелием и подслушивать каждый его разговор. Ты же понимаешь, друг Плантаж, что мы с воеводой рассчитываем на тебя. Ты наш лидер, — Мортус встал и поклонился. — Мой будущий покровитель.
Переход от лести к приказанию, ссылка на дружбу, на лидерство и будущая перспектива сработала безошибочно. Плантаж поверил каждому слову и вскочил, готовый незамедлительно выразить признательность и дружбу.
Расчёт Мортуса с Гидоном сработал. Самовлюблённый лекарь с низким мастерством ворожбы, но талантом к одурачиванию клиентов стал удобной куклой в руках заговорщиков. Пообещав однажды Угоднику статус барона, они получили жуликоватого союзника. И теперь при случае подпитывали эго лекаря, получая необходимое. Книгочей на вечере будет остерегаться агентов, зная что люди Гидона не просто охрана. А вот лесть Плантажа примет за обычное явление. Угодник получил прозвище как раз за навязчивое подхалимство. Значит, преследование лекаря не насторожит Пурелия.
— Подождите! — вскрикнул Плантаж. — А вдруг книгочей Пурелий и есть причиновед, нанятый городом?
Лекарь произнёс предположение, весьма довольный собой. Он слегка закатил глаза, чтобы дать собеседникам прийти в себя от столь впечатляющей мысли, но спокойный голос Мортуса вернул мечтателя на землю.
— Мы с воеводой в этом не сомневаемся. Мы просто не можем понять мотивы. Зачем такая хитрая конструкция? Поэтому и просим тебя проследить за книгочеем.
Наступила пауза. В возникшей тишине замерзающий мозг Тайи стал подавать тревожные сигналы. Девочка понимала, что ещё немного и потеряет сознание. Она уже пожалела, что не убежала сразу, когда были силы, а теперь ещё не известно, послушаются ли закоченевшие ноги.
— Пора заканчивать, — услышала спасительные слова девочка. — Значит, решили. Ты, Плантаж, следишь за книгочеем. Репутация у Шварца серьёзная. Уверен, что трюк с помощником затеян для поднятия цены. Думаю, ста тридцатью златницами не отделаемся.
— Ничего. Если выйдет, как задумали, и тысячи на жаль, — произнёс Гидон.
— Город закрыт, — продолжил Мортус. — Один заход в сутки, рано утром, чтобы проще было вычислить сообщников Шварца, если такие имеются. Но главная причина в покушении. Нужно перекрыть доступ завороженным бомбам и не выпустить преступника из города, если он ещё здесь.
— Хитро, — кивнул лекарь, а потом осторожно спросил. — А если Пурелий всё-таки не Лукос Шварц?
Мортус пожал плечами, допил вино и приговорил книгочея.
— В любом случае, или он работает с нами, или его кожа пойдёт на книги. Пускай читает. Уж я позабочусь, чтобы барон не успел взять прохвоста под свою опеку.
Воевода Гидон широко улыбнулся. Его сухой друг не поддался трюкам Пурелия. Мортус Идилий Кат по-прежнему уничтожит любого, кто мешает приходу к власти.
Плантаж вышел провожать гостей через черный ход. Тайя подняла крышку и с трудом выползла из чана. Её трясло от холода. Девочка подошла к полкам и взяла зелёный флакон с зелёным же порошком. Она высыпала немного в заранее приготовленную коробочку. Забирать всё было опасно. Угодник мог заметить пропажу и усилить бдительность. Тайя вернула флакон на место и выбежала из лавки. В этот раз повезло, никто не обратил внимание, как мокрая девочка покинула дом благородного мужа Плантажа, чьи порошки, как уверял сам лекарь, использовали бароны и знать всех городов. Не будет же он врать, в конце концов!
— Люция, что это? Ты слышала? Нас грабят? Где вещи?
Дама в синей шляпе и морщинами по всему лицу очнулась ото сна и начала бестолково озираться, скрипя вопросами. Повозка сильно накренилась, старуха съехала набок и машинально хватала руками воздух.
— Тише, пестунья Фелиция. Мы въехали в обычную яму. Сейчас кучер всё исправит.
Молодая девушка с голубыми глазами обрадовалась остановке. Дорога утомила, хотелось выйти и надышаться. Люция вылезла и осмотрелась.
— Придётся менять, невеста Люция, — объяснил кучер, показывая на заднее колесо, лежавшее в сторонке. — Как я яму не заметил? Эх, провожусь до завтрашнего вечера, если с кузнецом не повезёт.