Прости меня
Холодное, морозное утро.
Не люблю собираться куда-то в такую погоду.
Собираю волосы в небрежный пучок, быстро крашусь...
-Готово, - говорю я отражению в зеркале и спешу на выход.
Меня зовут Адель Уилсон, мне 15 и я больна. Кажется, именно так пишут в грустных книжках.
Шучу.
Я действительно больна, но не редкой неизлечимой болезнью, нет. Я - нелюбимый ребенок.
С моим рождением в семье все изменилось. Сколько помню себя мама была холодна, как лед, язвительно комментируя каждый мой шаг, а отец... Он всегда был немного отстранен, но нежен ко мне, и от того лишь сильнее я ощущала нелюбовь матери.
Я направилась в сторону школы. В голове калейдоскопом мелькали мысли...Если бы я исчезла из их жизни, то всем было бы только легче..но папа? Наверное, ему будет тяжело, но у него есть Мелисса, моя сестра,так ведь?
-Милая , чего грустишь?
Вопрос, заданный Марком, вихрем ворвался в мои размышления и рассыпал их, словно карточный домик.
-Да ничего, как обычно, учёба не дает жить.
Он был недоволен моим ответом, его голубые глаза-льдинки посмотрели на меня с укором.
-Стоит ли так расстраиваться из-за школы?Знаешь же, что мы с тобой поженимся, ты родишь мне кучу милых, зеленоглазых детишек и мы будем счастливы.
Я улыбнулась. Наивный.
-Еще чего, может мне еще и любить тебя до старости?
-А как же, только так и никак больше, - улыбнулся он в ответ.
Нас не связывают романтические отношения. Он не уверен, что вообще умеет любить, а я ... для меня он хороший друг, не более.
Знала ли я, что в эти самые минуты рушилась моя привычная жизнь? Едва ли.
-Холодно на улице, пошли быстрее,- поторопил меня Марк и мы двинулись по направлению к школе.
День пролетел незаметно. По пути домой погода окончательно испортилась, со всех сторон дул холодной ветер, улицы запорошило снегом.
Подходя к дому, я заметила мать, стоящую у окна и провожающую меня взглядом.
-Что-то случилось,- пронеслось у меня в голове. Мама встретила меня у порога, непривычно для себя самой и меня взяла за руку и повела в дом.
-Мам, что такое?-подавленным голосом спросила я.
Мы прошли в гостиную. Мама, наконец, остановилась и отпустила мою руку.
-Я ждала этого момента 15 лет. Не спала ночами, мучилась, съедала себя саму и корила за то, что не могла тебя полюбить. Прости меня. Правда, прости. Возможно, где-то глубоко в душе я люблю тебя, очень люблю.Но никогда не смогу простить предательства того, кто называет себя моим мужем.
Я не понимала. Что за предательство? При чем тут отец?
-Мам, объясни мне, пожалуйста, что происходит?
Она поджала свои худощавые плечи, скрестила руки, словно ограждая себя от меня и выпалила:
-15 лет назад твой отец принёс тебя в наш дом. Ты не моя дочь. Он обещал твоей матери воспитать тебя, мне обещал, что до 16 лет ты будешь с нами,- она протянула руки, но я отшатнулась от нее, а она, будто не замечая, продолжила, - сегодня, если ты помнишь, твой день рождения.
С 16-летием, Адель.
Горячий шоколад
Мои мысли сковал озноб, хотелось просто лечь и ничего не делать...
К счастью, ко мне никто не лез. В моей комнате стало темно, я просидела в ней до вечера. Время, казалось, летит с удвоенной силой. Вот-вот наступит время сна. Впервые за все это время я пошевелилась.Мне вдруг очень захотелось горячего шоколада.Помнится,мы всегда пили его по вечерам. Правда лишь тогда, когда сестре удавалось собрать всех вместе.
В последнее время такого практически не бывало.Отец в вечных командировках, а мама неожиданно для всех стала художницей, и это отнимало у нее все время и силы.
Затем моя старшая сестра съехала из нашего дома и зажила собственной жизнью. Эти мысли одна за одной прокручивались у меня в голове, пока я лежала, сжавшись в калачик, осознавая собственное бессилие.
Я решила почаще наведываться к своей сестре, именно в ней я отчаянно хотела увидеть поддержку. Но у нее была своя жизнь, в ней уже не было места для меня.
Тогда я и сбежала. Мне казалось, что иначе быть и не может. Я никому не нужна.
Сборы были недолгими. Я помнила, что у матери всегда лежала отложенная на черный день сумма. Деньги были мне нужны, и я взяла все, что там лежало.
Меня не мучили угрызения совести. В тот момент я была разбита и совершенно потеряна. Собрав вещи, я оставила записку на холодильнике и отправилась на остановку. Было поздно, поэтому пришлось изрядно подождать хоть какой-нибудь транспорт.
Наконец, к остановке подъехало маршрутное такси. Я села, даже не спрашивая, куда оно направляется.