Она вскочила, пометалась по комнате, хватаясь за голову… Волосы были сравнительно чистыми и опрятно причесанными, потому что она всегда уделяла им внимание…
Эстер рванула к шкафу и распахнула его, чувствуя, как пена закипает на губах от ужаса. Полки и вешалки были все в том же состоянии: несколько ее личных вещей, а в стороне – тряпье, оставленное здесь кем-то, задолго до их с Бернаром приезда.
Так… А где Бернар? Он же гонялся за ней во сне, вооружившись собственной ненавистью и одержимостью получить желаемое. Он даже призвал себе на помощь обитателей окраин, не гнушающихся отведать человеченки…
Она выглянула в окно: пустынная улица, солнце, беспечный зной предобеденного времени…
- А ты что скажешь, мсье? – она повернулась к Амадеусу, застывшему посреди комнаты и продолжавшему издавать пугающие звуки, которые у всякого другого кота означали бы доверие и ласку.
Дверь распахнулась, и на пороге появился Бернар. Он был бледен, если не сказать – зелен. Руки его были разодраны в кровь, рубашка порвана, брюки грязные… Он остановился у стены и прикоснулся к ней затылком. Губы его что-то шептали, что, Эстер разобрала не сразу, потому что при виде своего несчастного жениха, на нее напал такой ужас, что впору было прыгать в окно и мчаться прочь, неважно куда.
Но Бернар сейчас выглядел совершенно больным и напуганным, будто это его драли монстры во сне, и он едва спасся.
- Где ты был? – отходя от шока, тихо спросила Эстер. Она все пыталась убедить себя, что прошедшая ночь – это такой реальный сон, но самообладание отказывало ей.
- Не знаю, - уныло проговорил он, держась за стену, - все, как в тумане… Ты была там, я хотел отвести тебя к тоннелю, мне сказали, что нас там ждут… А потом на тебя напали какие-то странные личности… А потом на меня тоже кто-то напал и увез тебя на лошади с собой… Дурдом! – он схватился за щеки и начал раскачиваться из стороны в сторону, согнувшись пополам, - я схожу с ума! Почему я здесь? Как я здесь оказался – в этом клоповнике?!
Она молча наблюдала его истерику, а потом задала единственный вопрос, который почему-то встревожил ее:
- Кто тебе сказал привести меня в тоннель?
- Женщина, - неохотно выдавил он, прекратив раскачиваться, но головы не поднял, - рыжая такая… Когда я пошел пройтись, я завернул в один ресторанчик: страшно хотелось есть, а булочки, что ты принесла, растворились, как и не было… В этом ресторанчике я и увидел ее. Она сидела за столиком, пила кофе с пирожным и выглядела совершенно нормально…
- Без рогов? – холодно спросила Эстер, уже осознав, что внимание жениха к другим представительницам прекрасного пола было для него естественно.
Он не уловил ее насмешки и злобы:
- Нормальная, - уныло продолжил он, пожав плечами, - красивая, в джинсах, футболке, с большой грудью… Как у нас…
- М-м, – кивнула Эстер и чуть не расхохоталась, — значит, рыженькая телочка приглянулась мальчику, позабывшему и зачем приперся в чужой потусторонний мир, и свою милашку-невестушку? Продолжай, пожалуйста, слушаю внимательно!
- Отвали ты, - не имя сил спорить, он сел на корточки, шеркнув по стене остатками рубашки, - короче, она мне и сказала…
- Прямо со своего места, где дожевывала десерт, да? – Эстер вдруг по какой-то прихоти подошла к коту и взяла его на руки. Амадеус заурчал на всю комнату и потянулся к ней мордой.
Бернар оторопело поглядел на нового питомца девушки и поморгал, пытаясь прийти в себя, в который уже раз.
- Я подсел к ней, заговорил, спросил, как она попала в этот город, ну, короче, все такое…
- Ясно. – кивнула Эстер, - где назначим свидание, пока эта дура, то есть, я, спит в отеле?
- Ты меня достала, - больным голосом протянул он, и вдруг глаза его сделались огромными.
Он едва успел отскочить в сторону, когда Амадеус, вырвавшись из рук Эстер, бросился на него. Кот ловко развернулся с неповторимой грацией для такого неповоротливого существа, и вцепился зубами в кроссовок Бернара. Тот заорал, а Эстер расхохоталась и захлопала в ладоши.
- Ты сумасшедшая! – он оторвал кота и брезгливо отшвырнул его в сторону. Амадеус вновь пошел было в атаку, но Эстер хотела дослушать историю соблазнения.
- Оставь его, - она подняла кота на руки и погладила по лысой голове, - подцепишь еще чего, - а потом продолжила, - так и что было потом? Она оказалась из местных жриц любви?
Бернар совсем скис. Он снова сел на пол, уже не заботясь об остатках своей одежды, и вздохнул, как человек, потерявший все самое ценное: