- Что случилось с твоей мамой?
- Сгорела в пожаре десять лет назад, не хочу про это говорить. – Как всегда, при упоминании о маме, у меня защипало в носу и появились слезы.
Ровена обняла меня и прижала к себе:
- Ты моя крошка! Я не заменю тебе мать, но мы с тобой подружимся. Мы уже семья, хоть и необычная. Я тоже осталась одна, без моего любимого Фергуса.
Решив уйти от грустной темы в разговоре, я озвучила мысль, которая пришла мне в голову еще утром.
- Инициация, посвящение… ритуалы, чтобы пробудить силы, я где-то читала, что некоторые связаны с потерей девственности.
- Да, малыш, это можно было бы попробовать. Если ты сама не была бы против. Но нам нужна твоя девственная кровь, ты помнишь? Заряженная твоей энергией и непорочная.
- Ну, чего-чего, а уж кровь то я вам точно обещаю. Берите, сколько нужно.
Ровена хлюпнула носом. Слеза, скатившаяся по ее щеке, упала мне на лицо, соединившись с моими солеными дорожками. Сначала я почувствовала небольшое жжение, а потом комната заходила ходуном. Землетрясение? Меня охватила паника. Надо быстрее выбираться на поверхность! Мы же под землей! Но замешательство прекратилось так же внезапно, как и началось, я поняла, что источник толчков – это мы с Ровеной. Это поняла и ведьма, уже с платочком наготове, вытирающая мне щеки. Тряска начинала постепенно ослабевать вместе с ее уверенными движениями.
- Ты видишь, да? А говоришь, что ты простая смертная! – за этой фразой Ровены нас и застал ворвавшийся в комнату Дин.
Немая сцена, как в «Ревизоре». Мы втроем молча смотрели друг на друга. Я виновато, Ровена с вызовом, а Дин осуждающе. Тряска тем временем совсем прекратилась, а к спальне уже подоспели Сэм и Джек.
Ровена первой подала голос:
- Мы ни при чем! Мы просто всплакнули о своем, о женском! Это стихия!
Ведьма раздвинула парней и, высоко задрав голову, ушла прочь.
- Ровена, мы предупреждали тебя! – кинул ей вдогонку Сэм. – Вот что с ними теперь делать, сторожить по очереди? Запереть?
Дин, поджав губы, осматривал комнату. Ну конечно! Книга Ровены спокойно лежала на кровати, выдавая с головой наши эксперименты.
- Плакали они, - процедил он. – Ненавижу ведьм! Только сопли размазывают да слюнями брызжут! Антисанитария чистой воды!
Это не было дежавю! Эту фразу из сериала я прекрасно знала! Но чтоб она вот так была высказана, с презрением и в мою сторону! Даже оправдываться не буду и что-то объяснять!
Я схватилась за ручку двери, другой рукой указывая парням на выход.
- Я устала и хочу спать, всем до завтра!
Дин подошел ко мне вплотную, посмотрел в глаза сверху вниз, с высоты своего роста. А потом я не успела ойкнуть, как меня подхватили за талию и перебросили через плечо. Да что за обхождение! Я уже начинала буквально ненавидеть Винчестера! Я протестующее заверещала, в этот раз, однако, держа руки подальше от его зада. Дин пинком открыл дверь в свою комнату и опять с размаха кинул меня на кровать.
- Да хватит уже мной швыряться! – я тут же вскочила на ноги.
- Больше никаких ночных посиделок с Ровеной! Это понятно?
Да куда уж понятнее то? Я слезла с кровати с противоположной от парня стороны и, не удостаивая его ответом, направилась к двери. Он перехватил меня за руку:
- Ты будешь спать здесь!
Я пожала плечами:
- Ладно.
Но чего я точно не ожидала, что Дин опять запрет комнату. Изнутри. Вместе с собой.
***
Эта красноголовая чертовка будила в нем самые глубинные, темные чувства. За те двое суток, что он знал ее, хотелось то придушить девчонку, то затащить ее в постель. Как Дин и ожидал, обещания Ровены оказались пшиком: тут же бросилась тайком обучать свою подопечную. Чуть бункер не разнесли! Но хоть не зря тащили Ник сюда, отклик все же есть, сила в наличии. Теперь, главное, не проморгать момент ее обретения и вовремя отправить юную ведьму назад, не дав спеться с Ровеной. Придется сторожить обеих круглосуточно. И, если с МакЛауд это было довольно проблематично, то юную бестию, пока она еще человек, он вполне может контролировать сам, постоянно держа в поле своего зрения, находившись неподалеку. Пусть спит в его комнате, с ее ростом как раз уместится на маленьком диванчике. Главное, поменьше на нее смотреть, чтоб не возбуждаться, как малолетке. А неудобство нахождения постороннего человека в его святая святых он как-нибудь переживет. И ей придется.