Я как будто очнулась ото сна и во всем подмечала какие-то другие, не ощущавшиеся ранее признаки и особенности, весь мир предстал передо мной во всей красоте и многообразии, явив свои тайные формы. И Дин Винчестер напротив меня был одним из совершенств моей перерожденной Вселенной, несмотря на усталый вид и темные круги под глазами.
Мой пристальный взор не остался без внимания, и Дин вопросительно поднял на меня глаза. Я стушевалась и сделала вид, что копаюсь в тарелке. Впрочем, сегодня я сама не раз ловила на себе внимательные взгляды старшего Винчестера. Увидел ли он во мне внешние изменения, искал ли признаки темной магии, или было еще что-то еще, я не знаю. Жаль, что вместе с вернувшейся памятью я не обрела способность читать мысли. Уж я бы покопалась в его извилинах!
И узнала бы, есть ли там что-то большее, чем похоть ко мне, которая для мужчины в порядке вещей. Не парится, наверное, даже о том маленьком минете, ни слова, ни намека, ни другой реакции на мое неприличное поведение в тот вечер. Считает, что я была не в себе, и не стоит заострять на этом внимание? Ха! Тот порыв страсти был именно тем, как в пословице «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке», я сделала именно то, чего хотела…
Думай, Вероника, лучше о другом! О том, сработает ли твоя кровь в этот раз. И куда делась Ровена? Она не отвечала на звонки братьев и ко мне больше не приходила в астрале. Я знала, что охранный мешочек, что еще висел у меня на шее, теперь бесполезен и не выполняет свои функции, но в нем были травы моей наставницы, и я надеялась хоть на малейшую связь через них, хотя понимала, что все напрасно. Я не больше не чувствовала старую ведьму! Ее как будто бы больше не было…
Глава 18
Первое, что мы сделали, когда вернулись в окрестности Лебанона, - направились в темницу творить портал в мир Михаила. Пришлось взять кровь у меня и Дина, куда же теперь без этого, залить ею кольцо Мэгги и произнести заклинание. Дверь в иной мир получилась хорошей: широкой и устойчивой, но без «функции автоматического закрывания». То есть мы вернулись к началу. К тому, что уже делала Ровена. Да, в первый раз соединение было слабым. Но основная функция, «запечатать архангела», опять не сработала.
От такой неудачи, от того, что все было напрасно, у меня навернулись слезы. Винчестеры чертыхались и проклинали Михаила, Ровену, армию мутантов и себя заодно, за то, что ввязались в эту авантюру.
- У вас тут кладезь информации, - перебила я ругань братьев, ссылаясь на уникальную библиотеку. – Найдем что-нибудь еще.
- А чем, по-твоему, мы занимались несколько месяцев? – Дин от злости скрипел зубами. – Нет времени. Михаил собрал столько силы, что и нашему измерению скоро конец.
- Они скоро будут здесь, - заметил Сэм. – Он и его армия. Первое, что им нужно сделать, чтобы начать войну, это убрать Джека.
- Мы примем бой. И убьем, сколько сможем. Живыми они нас не возьмут, - Дин сжал кулаки.
Я смотрела на братьев и понимала, как все серьезно. От ужаса, что нам всем предстоит пережить, дыбом вставали волосы. И одна из причин этого кошмара – я, потому что не оправдала надежд.
- Нет, должен же быть какой-то другой способ. Не надо так сразу сдаваться! – Я все еще цеплялась за иллюзию.
- Не надо было связываться с ведьмами! – В сердцах крикнул Дин.
Вряд ли это относилось к Ровене, так как сказано было во множественном числе. Я задохнулась от обиды. И несправедливости. Я делала, мать вашу, все, что вы от меня требовали: пила кровь, участвовала в сатанинских ритуалах, корчилась от боли! Вы вырвали меня из привычного мира! Я перестала быть человеком! Но все это я прокричала внутри себя, не сумев выдавить вслух не слова. Я развернулась и просто вышла из темницы прочь. И никто не пытался меня остановить.
Я закрылась у себя в комнате и впервые, с момента моего появления здесь, предалась слезам, оплакивая все сразу, все, что пережила за это время. Вдоволь наревевшись, я взяла рюкзак – собрать свои пожитки: фотографию родных, которую неизвестно зачем притащил сюда Дин, подарки Ровены: несколько книг и одежду. Я знала, как зарядить кристалл, с помощью которого меня притащили сюда, я помнила это из прошлой жизни, из детства и юности. Когда я предлагала найти другой способ победить Михаила, я была готова остаться здесь, сражаться вместе с Винчестерами и даже умереть, если придется. Но им не нужны были больше ни моя помощь, ни моя жертва, ни я сама. Чего зря путаться под ногами. Обещали отпустить домой – пусть отпускают. Да я их и слушать не буду, уйду сама.