Это не выбор. Я давно для себя все решила. И выбрала его, Дина Винчестера. А вот он перекладывал на меня свою зону ответственности, освобождал душу в последний момент. Делал последний реверанс в сторону Вселенной, что хотя бы пытался?
- А ты? – Перевод стрелок с моей стороны.
- Решай. Насильно держать не буду. – Дин ушел от ответа, показывая выход в прямом и метафорическом смысле.
- Что ж… - я потупила взор. – Интересно, Петр еще не спит?
Я развернулась в сторону двери, отмечая, как сразу напрягся Винчестер, как сжались его кулаки, как стиснул он челюсти. Но промолчал. И не двигался, не делал попыток меня остановить. Моя новая ипостась буквально захлебнулась в потоке злости, исходившей от него. Первый начал! Я лишь чуть-чуть подначила.
Глава 21.2
Я услышала тихий вздох разочарования, когда высунула голову за дверь. Рано ты сдаешь позиции, Дин, я всего лишь проверяю обстановку. Лишние зрители или слушатели сейчас были совсем ни к чему. Если что, можно было бы отправить их спать принудительно. Пустота в коридоре была на руку. Хватит с меня конфузов в этом мире, и так все в курсе моих обещаний крови.
Интересно, Дин поверил, что я собралась к Петру? Нелепость же. Детская и глупая попытка вызвать ревность. В ответ на его идиотские старания поиграть в благородство, да. Тем не менее, было бы интересно узнать, что бы он делал, если я реально бы пошла к дровосеку. Разборки? Игнорирование и демонстрация равнодушия? Или сорвал бы нам с русским секс, как до этого срывали его нам? В конце концов, Дин прав: нигде в заклинании не написано, как именно нужно получить этот треклятый ингредиент. Механически или с помощью человека. И какого человека. Нужна лишь кровь особого охотника. Но не сказано, что именно за ним было право первой ночи.
Я захлопнула дверь и закрыла ее на ключ, как не раз прежде это проделывал Дин. Повернулась к парню. Он играл в невозмутимость, но глаза выдавали с головой, снова наполняясь тем же жарким огнем, что и раньше. Уголок его рта дрогнул в усмешке, когда я продемонстрировала ключ и испарила кусочек металла в воздухе. Всего лишь фокус. Найдет потом ключ в ящике комода.
Мы оба, одновременно сделали шаг навстречу друг другу.
- Ты знаешь, что упустила свой последний шанс сбежать от меня? – Дин изучающе всматривался мне в лицо.
- Я не хочу бежать от тебя, - ответила я, прикасаясь к его щеке.
Он поднял за подбородок мое лицо и медленно, дразняще, сладостно поцеловал меня. Не прерывая поцелуя, скинул мой кардиган, расстегнул и отбросил подальше свою рубашку. Приподнял, заводя мои ноги себе за спину, и в таком положении, не прекращая чувственной ласки, донес до постели, осторожно положив на покрывало. Еще один быстрый поцелуй, и в стороны полетели остатки одежды.
Дин оторвался от меня, переводя дыхание, и застыл, рассматривая мое тело, теперь полностью обнаженное. В его взгляде, скользящем от головы до пят, и обратно, я читала полное удовлетворение и одобрение, я нравилась ему, это было чертовски приятно осознавать! Что он восторгается мной не меньше, чем я им.
Он сжал мою щиколотку, а потом неспешно провел рукой вверх, по голени, колену, животу. Обхватил грудь, прижался губами, лаская, нежно покусывая по очереди чувствительные вершины. Второй рукой внизу он творил волшебство, делая что-то невероятное с моей женской сутью. У меня реально рвало крышу от его прикосновений, потрясающие ощущения росли вверх по экспоненте. Я понимала, что еще немного, и лопну от нерастраченной страсти. И могу наделать дел, теряя контроль: энергия снова зарождалась в кончиках пальцев, обуздаю ли ее прежде, чем она прорвется?
Дин словно понял мои переживания и снова вернулся к губам, заставляя меня расслабиться, забыть, отпустить все тревоги, отдаться полностью тому действу, что мы совершали. Быть с ним. Быть его. Пока он пел песнь моему телу.
Мы ласкали, гладили, целовали друг друга, не отрываясь ни на секунду. А дальше было бесконечное сплетение рук и ног, губ, короткая боль и взрыв сверхновой, смешение Вселенных, проникновение миров, и безудержная, безграничная, термоядерная взаимная энергия, вырвавшаяся наружу.
Потом я лежала, вытянувшись во весь рост на стройном, упругом теле Винчестера, а он гладил мои волосы, иногда покрывая легкими, сладкими поцелуями глаза, щеки, шею.